Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе

Как мы видим, дипломатическая переписка была весьма серьезной утечкой ресурсов. Поэтому было важно получать большую часть новостей бесплатно. Королевские дворы часто привлекали региональных богачей, у которых были свои коммуникационные связи, и других людей, которые приходили просить об одолжениях или требовали вознаграждения. А к XIV веку при всех дворах появились свои поэты и летописцы. Ведь рыцари-победители хотели, чтобы их деяния были увековечены.

Когда летописец Жан Фруассар приступил к сбору информации для третьего тома своих Хроник, он отправился ко двору Гастона, графа Фуа, в Ортез на юге Франции. Здесь он нашел людей, готовых поделиться с ним своими знаниями:

«В холл, в залы и во двор приходили и уходили достойные рыцари и оруженосцы, и можно было слышать, как они разговаривают об оружии и приключениях. Все важные новости обсуждались здесь. Здесь можно было услышать новости из каждой страны и королевства, и все благодаря репутации хозяина дома. Именно здесь я узнал о боевых подвигах, произошедших в Испании, Португалии, Арагоне, Наварре, Англии, Шотландии, а также Лангедоке, пока я жил там, туда приезжали рыцари и оруженосцы из всех этих народов — все с одной целью — посетить графа. Поэтому информацию я получал либо от них, либо от самого графа, который всегда был рад со мной поговорить»[58].

У королевских дворов Европы была уникальная возможность управлять всеми необходимыми ресурсами с целью сбора информации. Однако, как мы видим, и другие знатные граждане устанавливали свои связи для передачи информации и укрепления своей власти на территориях. К XIV веку большинство правителей Европы осознавало необходимость создания собственной курьерской службы. Так, в Лондоне объем корреспонденции, курсирующий по городу между властями, гильдиями и частными лицами, привел к созданию официальной компании писарей — Scrivener’s ‘Company[59]

.

Управление новостями

После 1350 года эти слаборазвитые системы претерпели ряд трудностей. Сначала нашествие чумы, затем продолжительные периоды войн сказываются как на королевской казне, так и на королевской власти в целом. Стало труднее предоставлять лошадей и кров королевским посланникам. Дороги также стали менее безопасными и их качество, похоже, ухудшилось.

Во Франции это был период, когда страна практически распалась, а затем постепенно восстанавливалась после Столетней войны. Эти события еще больше обострили потребность обладания достоверной информацией, несмотря на то что ее получение стало более опасным[60]. В Англии в послевоенное время начались беспорядки, корона неоднократно переходила из рук в руки, а большинство непосредственных участников событий умерли насильственной смертью. Оставаться в курсе событий было практически невозможно. Услышав казавшееся достоверным сообщение о смерти короля Эдуарда IV 6 апреля 1483 года, мэр Йорка приказал на следующий день отслужить заупокойную мессу. Хотя на самом деле король был жив до 9 апреля[61].

В этот период появлялось такое количество ложной информации, что приходилось принимать дополнительные меры, чтобы проверить достоверность послания. Во время битвы при Барнете (1471), которая происходила вблизи Лондона, по городу ходили разные, порой дикие слухи, вследствие чего первым сообщениям о победе йоркистов не поверили. И только когда через Вестминстер проехал всадник с королевской перчаткой, лондонцы узнали об исходе битвы. Решение короля Эдуарда выставить труп побежденного графа Уорика в соборе Святого Павла также было весьма хитрым ходом. И когда начали распространяться слухи о том, что Уорик выжил, многие очевидцы смогли их опровергнуть.

В эти непростые времена обе противоборствующие стороны уделяли много внимания контролированию новостей. После битв при Сент-Олбансе (1455), Таутоне (1461) и Тьюксбери (1471) победившая партия распространила брошюры с подробным описанием событий. Сохранившиеся копии представляют собой рукописи, которые рассылали наиболее влиятельным фигурам[62]. О наиболее важных событиях публично читали в церквях или на рынках. Эта форма законотворчества и управления новостями была неизменной чертой правительства во многих частях Европы, по крайней мере до XVII века[63].