Израиль и (не)контролируемые территории. Уйти нельзя остаться

Изначально «встреча с Иудеей и Самарией – наследием праотцев и объектом устремлений молодых – зажгла сердца и воспламенила воображение» [301] . Однако сегодня представляются справедливыми горькие слова иерусалимского эссеиста Офира Хаиври: «Родиной современного израильского самосознания являются такие места, как Афула, Хадера или Реховот, воплощающие израильскую повседневную реальность. Эта реальность включает: местное отделение сети закусочных «Бургер-ранч» (или «Бургер-кинг»); выступления популярных эстрадных певцов; книжный магазин сети «Стеймацкий»; демонстрацию протеста, проводимую жителями неблагополучных районов перед зданием муниципалитета; два мошава и два кибуца , расположенных на въезде в город, из которых как минимум один находится на грани банкротства… Эта привычная реальность гораздо ближе среднему израильтянину, нежели могила праматери Рахели, которая в лучшем случае находится на периферии его сознания. В результате он не может представить себе ситуацию, при которой Афула или Хадера не останется под израильским суверенитетом, но при этом спокойно думает о том, что можно отдать Шило (где сотни лет стоял переносной Храм и находился духовный центр жизни народа) или Бейт-Лехем (Вифлеем), невзирая на глубочайшую символическую и историческую связь этих городов с еврейским народом. Представляется, таким образом, что израильтянин ощущает свою связь с определенным местом не в силу его сакральной ценности, а прежде всего на основании будничных аспектов, играющих центральную роль в его жизни» [302] .

Однако готовность большинства израильтян уйти из Шило и Бейт-Лехема, отгородившись от них высоченным «забором безопасности», никакой безопасности стране не приносит. Израиль переживает сейчас едва ли не самый сложный период своей истории – период интеллектуально-политической стагнации. «День прошел – и слава Богу». Но может ли, руководствуясь этим принципом, жить и выжить государство, само создание и существование которого – вызов всему ходу мировой истории?

Институт Ближнего Востока

Институт Ближнего Востока, до 2005 года – Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, возник в начале 1990-х годов. Основатели института ставили перед собой задачу остановить процесс деградации российского востоковедения в области изучения Ближнего и Среднего Востока. Для этого необходимо было спасти архивно-библиотечные фонды, поддержать действующих специалистов, восстановить регулярное поступление информации, привлечь в корпорацию «ближневосточников» молодых специалистов. Немалую роль в становлении института сыграло знакомство его создателей с опытом работы американской, британской, французской и израильской школ изучения Ближнего Востока.

К тому времени, как в 1993 году Институт изучения Израиля был зарегистрирован, в нем были собраны уникальные библиотека и архив. Специалисты, стоявшие у истоков его создания, занимались не только Израилем. Среди них были арабисты, иранисты, тюркологи.

Итогом деятельности института в начале нового века являются сотни статей в отечественных и зарубежных СМИ и более полутора сотен книг. В их числе монографии, сборники, страноведческие справочники, серии «Ближний Восток и современность», «Арабские страны», молодежный «Востоковедный сборник». С институтом в качестве авторов и экспертов сотрудничают более четырехсот высококвалифицированных специалистов, в том числе несколько десятков – из-за рубежа. Традицией стало проведение в ИБВ конференций и круглых столов, посвященных наиболее острым проблемам Ближнего и Среднего Востока. Эксперты института значительное время проводят в странах региона, находясь в центре процессов, идущих в изучаемом регионе.

Институт в своей работе тесно взаимодействует с российскими официальными учреждениями и ведомствами, занимающимися проблемами Ближнего Востока, высшими учебными заведениями, научно-исследовательскими центрами и институтами РАН. Стратегию ИБВ определяет экспертный совет, возглавляемый президентом Е.Я. Сатановским. Текущей работой руководит директор Е.Л. Жигун.

Институт открыт для взаимодействия с любыми партнерами, какое бы учреждение или страну они ни представляли. Специалисты привлекаются к его работе на межведомственной основе, вне зависимости от отношений между ведомствами, в которых они работают, по контрактам или в рамках научного обмена. Институт не имеет политических пристрастий.

Институт – единственный в своем роде центр, специализирующийся на комплексном изучении современного Ближнего и Среднего Востока. Результаты его работы – лучший ответ на вопрос, насколько удачным может быть для российских ученых эксперимент по совмещению отечественных традиций и зарубежного опыта.