Израиль. Полная история страны

Войну Судного дня принято рассматривать как попытку арабского реванша, попытку возвращения территорий, оккупированных Израилем в ходе Шестидневной войны. Однако мало кто помнит или знает, что вскоре после окончания Шестидневной войны Израиль предложил вернуть Синайский полуостров Египту, а Голанские высоты – Сирии в обмен на действительные и прочные мирные соглашения. Также правительство Израиля было готово начать переговоры с иорданским королем Хусейном по определению восточной границы страны. Израильтянам, испытывавшим острую нужду в людских ресурсах, было невыгодно отвлекать резервистов для контроля за оккупированными территориями, ведь рабочие руки остро требовались в гражданском хозяйстве. Надежные гарантии безопасности позволили бы достичь приемлемого соглашения с арабскими соседями, но те заняли жесткую принципиальную позицию «трех «нет», принятую 29 августа 1967 года на саммите Лиги арабских государств в Хартуме – «нет» миру с Израилем, «нет» признанию Израиля и «нет» переговорам с Израилем. На этом саммите также было решено, что «богатые нефтью арабские государства» должны оказать финансовую помощь государствам, проигравшим войну с Израилем, и помочь им восстановить свою военную мощь. В итоговой резолюции подчеркивалось право палестинских арабов на «возвращение всей Палестины», то есть в очередной раз провозглашался призыв к уничтожению израильского государства. Организация освобождения Палестины по сей день использует Хартумскую резолюцию для отрицания права Израиля на существование. Что можно сказать по этому поводу? Только одно: «вы можете думать, что вам угодно, но не мешайте нам жить так, как хочется».

Анвар Садат, ставший преемником Гамаля Абдель Насера, в 1973 году был настроен воевать с Израилем ради возвращения утраченных территорий. Сирийский президент Хафез Асад был солидарен с Садатом (обоим хотелось стать «вторым Насером», признанным лидером арабского мира). Былые поражения научили арабов правильной тактике, ставка в которой делалась на внезапность и слаженность действий. Днем 6 октября 1973 года египетские и сирийские войска перешли границу (линию прекращения огня) и стали одновременно наступать на Синайский полуостров и Голанские высоты. В течение двух первых дней арабам сопутствовал успех, обеспечиваемый их численным превосходством и технической мощью, резко возросшей благодаря помощи Советского Союза.

Говоря о внезапности нападения, нужно отметить, что оно не было абсолютно внезапным, благодаря неусыпной бдительности израильских разведывательных служб. Так, например, экстренная мобилизация резервистов была объявлена за несколько часов до арабского вторжения. Выбрав днем нападения Йом-Кипур, арабы не учли того, что в этот день полного бездействия транспортные магистрали абсолютно свободны и по ним можно быстро перебрасывать подкрепления. Да и вообще мобилизационная готовность израильтян всегда находилась на высшем уровне.

Уже к утру 9 октября египетское наступление на Синае и сирийское на Голанах были остановлены. На сирийском фронте события развертывались особенно неблагоприятно для противника – израильская авиация разгромила штабной центр управления войсками и нанесла ряд ударов по важнейшим стратегическим объектам. Путь на Дамаск снова был открыт, как и в 1967 году. Велик был соблазн продвигаться дальше вместо того, чтобы остановиться и перебросить высвободившиеся войска на Синайский полуостров. «Передислокация войск на Синай заняла бы четыре дня, – писала впоследствии премьер-министр Голда Меир. – Если бы мы остановились на этом решении, то понесли бы территориальные потери на Синае и не выиграли бы ничего на севере, то есть потерпели бы полное поражение». Поэтому было решено продвигаться к Дамаску. 14 октября израильские войска остановились в сорока километрах от него, то есть в зоне прямого артиллерийского обстрела.

Ради спасения союзников египтяне 14 октября предприняли атаку израильских позиций на Синайском полуострове, в которой было задействовано более тысячи танков и две сотни бронетранспортеров. Наступление было остановлено, при этом египтяне потеряли более двухсот пятидесяти танков, а израильтяне – всего сорок. 15 октября началась контратака израильтян. К тому времени египетское наступление окончательно захлебнулось и в командовании противника возник разлад. Военное командование осуждало президента Садата за нерешительность – надо было наступать раньше, а тот, в свою очередь, обвинял генералов в авантюризме (дальнейшее развитие событий показало, что нерешительность Садата была более обоснованной, чем эйфория от первых успехов, испытываемая военным командованием).