Израильтяне и палестинцы. От конфронтации – к переговорам и обратно

Израильское восприятие событий было, как и следовало ожидать, противоположным[59]. Принимая во внимание то, что премьер-министр Э. Барак во время переговоров в Кемп-Дэвиде подозревал палестинцев в коварных замыслах, официальное объяснение Израилем второй интифады однозначно заключается в следующем: интифада – это террористическая война, тщательно спланированная председателем ПНА Я. Арафатом, которая была частью палестинской стратегии насилия (а не стратегии мирных переговоров) как главного инструмента достижения политических целей. С израильской точки зрения, основные причины всплеска новой террористической войны, развязанной палестинцами, кроются в их отказе принять в Кемп-Дэвиде концепцию мирного урегулирования споров. С израильской точки зрения, в сентябре 2000 года у палестинцев не было никакой логической причины для вспышки насилия, и со стороны Израиля не было никаких провокаций, которые могли бы ее хоть как-то оправдать. В конце концов, премьер-министр Э. Барак сделал палестинцам наиболее щедрые предложения из всех, которые они когда-либо слышали из уст израильских руководителей, а они «предали» его, ответив на мирные инициативы вспышкой насилия, что, в частности, стоило ему кресла премьер-министра.

Что касается подоплеки действий палестинцев, руководители израильских политических и силовых структур приводили два взаимодополняющих объяснения палестинской стратегии.

Во-первых, в ближайшей перспективе палестинцы желают заполучить независимое государство, оставив Израиль в границах, существовавших до 4 июня 1967 года, причем своей столицей они видят Восточный Иерусалим, право палестинских беженцев и их потомков на возвращение – не подлежащим сомнению. Вторая интифада, спланированная руководством ПНА, имела своей целью унести как можно больше жизней, перехватить инициативу и упрочить свои позиции для торга. Таким образом, палестинское руководство спровоцировало, срежиссировало и направило в нужное для себя русло терроризм и насилие, использовав их как стратегический инструмент (и действительно, «параметры Клинтона», обнародованные спустя два с половиной месяца после начала второй интифады, значительно более выгодны для палестинской стороны, чем предложения, выдвигавшиеся в Кемп-Дэвиде в июле, за два с половиной месяца до ее начала). За последние три года причастность палестинских политиков и силовиков к терактам получила широкую огласку и была документально засвидетельствована. Вторая интифада, таким образом, является заранее спланированной войной – стадией палестинской борьбы за независимость, ведущей к возникновению враждебного Израилю государства, для которого возвращение Израиля к границам 1967 года будет лишь переходным этапом и временной целью[60].

Во-вторых, израильские руководители всё больше склонялись к мысли о том, что в долгосрочной перспективе палестинцы хотят полностью уничтожить Израиль. В то время как еврейская община страны всегда была согласна на компромисс, начиная с раздела страны на собственно Палестину и Иорданию, созданную британцами в 1921 году; в ходе обсуждения в комиссии Пиля в 1937 году; при дебатах и принятии ООН Плана о разделе в 1947 году; на саммите в Кемп-Дэвиде в июле 2000 года. – палестинские арабы постоянно отказывались признать легитимность еврейских притязаний на государственность в этом регионе Ближнего Востока. Как выразил эту мысль Э. Барак, «Арафат считает, что Израиль не имеет права существовать, и желает его уничтожить»[61].

Как следствие, большинство израильтян были уверены, что до кончины Я. Арафата в ноябре 2004 года палестинцы были крайне ненадежными партнерами на переговорах, поэтому начинать обсуждение с ними нового варианта соглашения не было смысла. Акцент, который палестинцы делали на праве беженцев вернуться в Израиль, и террор, к которому они обращались все чаще (особенно резонансными были взрывы террористов-смертников на территории Израиля) – 2001 год был рекордным за всю историю страны по числу жертв арабского террора, – убеждали израильтян в правоте скептицизма правой оппозиции. Это вылилось в безоговорочную победу премьер-министра А. Шарона и возглавлявшейся им тогда партии «Ликуд» на парламентских выборах, прошедших 28 января 2003 года: за «Ликуд» проголосовали 925 279 граждан страны (38 мандатов), занявшую второе место Партию труда поддержали всего 455 183 избирателей (19 мандатов). С таким сокрушительным результатом, оторвавшись вдвое от ближайшего преследователя – социал-демократов, правый блок не выигрывал выборы никогда за всю историю Израиля.