Гост Юнгер Как я погиб под Бахмутом

Приказ 227

Звякнул замок решетки автозака.

— На выход!

Скомандовал конвой.

Знакомый с детства запах аэродрома.

Ил–76 с открытой рампой.

Зэки, дружно и организовано располагается внутри борта.

Лётчики просят не курить в полете.

Переодетые в УФСИНовцев военные раздают воду и конфеты.

Настоящий полковник управы желает удачи.

В ответ получает тишину.

Летим молча, большинство спит.

Тема одна:

В автозаки больше не сядем.

На верхнем ярусе черноходы с Кировского строгача.

Мы, БС-ники, бывшие сотрудники, внизу.

Аэродром, посадка, автобусы. Конвоя нет. Автобусы…

В ангаре аэродрома подписываем контракт, получаем форму и снаряжение.

Всё старое летит в кучу мусора у ангара.

Через несколько часов дороги пересекли границу и прибыли в лагерь, учебный.

Убедительное выступление.

Не так.

Краткое вступительное слово убедительного мужчины с позывным Полковник.

Дезертирство — раз, алкоголь или наркотики — два, насилие или мародерство — три.

За это расстрел.

И основное:

Приказ Сталина за номером 227 «Ни шагу назад!» никто не отменял.

Остальное по ходу.

Добро пожаловать

Заброшенный пионерский лагерь, бывшая птицефабрика.

Занятия, учёбы, стрельбы.

Работа двоек, троек, четвёрок, шестёрок, восьмерок.

Окопы, штурмы, медицина, эвакуация, маскировка, зачистка зданий.

Главное — выполнение боевой задачи.

Эти слова я слышал и слушал каждый день.

На складе пионерлагеря, ночью, при свете фонарей, я получил автомат со словами:

Поздравляю со вступлением!

Нет.

Добро пожаловать в ЧВК Вагнер!

Я ответил: Не подведу!

За три недели мне предстояло освоить тактику штурмовика, понять и научится брать с боем окопы и укрепы противника, стать штурмовиком, стать Вагнером.

Я попал во второй взвод первого штурмового отряда.

Наш отряд имел задачу взять дорогу Бахмут — Соледар в начале операции «Бахмутская мясорубка».

Отряд медленно продвигался по полям под Бахмутом продавливая оборону противника.

Мы прибыли в пополнение номерных взводов отряда перед решающим ударом по общему направлению на Бахмут.

Учеба закончилась.

ПВД

Пункт временной дислокации в районе Попасной.

Получаем патроны, остатки снаряжения, промедол.

Пару дней отдыха.

Мёд, виноград, орехи, плов из тушенки.

На ПВД человек пятьдесят — резерв взвода, пополнение.

В основном К-шники. Плюс команда старшины, четыре человека.

В одном из домов человек 15 стариков-черноходов пытаются шатнуть режим.

Такой мини-бунт под лозунгом «Мы присягу не принимали».

Вместе со старшиной, А-шниками и сознательными ребятами участвовал в его бескровном подавлении.

Получаю характеристику: «жесткий» и «толковый».

На следующий день в составе пяти бойцов, отправляюсь на фронт.

Точнее на передовую линию соприкосновения с противником.

Ночь ночуем в домике с позывным Яма.

Получаю две гранаты.

На рассвете 8 октября 2022 года выхожу на позиции.

Километра три-четыре пешком и я на опорнике Плюмбума.

Прибыл на замену раненого вчера бойца.

На позиции трое:

Плюмбум, Краткий и Дентри.

Ещё один, Талица, на сутки ушел в Яму на ротацию помыться, постричься.

На этой позиции я пробыл без особых приключений 4 дня.

За это время погиб Дентри.

Ночью он сменил меня на фишке. На позицию прилетел одиночный снаряд, мина-полька беззвучная. Дентри осколок попал за ухо.

Он был еще жив, когда мы тащили его по ночному сырому оврагу.

Он умер уже в больнице через пару дней, не приходя в сознание.

Эту новость я узнала через неделю встретив Краткого.

— Дентри «200» сухо сказал он, пожав мне руку.

— Теперь я понял, почему ты Краткий.

Ответил я.

Позиция Плюмбума была четвертая от передка, метрах в 400 от нуля, от нейтральной полосы.

Впереди нас были позиции Паромщика и Крепыша.

На самом передке стояла группа Турка.

12 октября на четвёртый день своего пребывания на войне я оказался в ней.

Турок, Берканит, Дарбука, Электрик, Чита, ещё один трус, раньше служивший срочку в моём 119 полку и я.

Впереди был противник.

Нашей задачей было держать позицию и ждать команды на продвижение вперёд.

Как написано на моей медали, «Бахмутская мясорубка» началась 8 октября.

В те дни она только начиналась.

По правому берегу водохранилища шириной 50 метров уже штурмовала группа Ойтала, медленно выбивая противника с заранее подготовленных рубежей.

Чтобы не попадать под фланговой огонь Ойтала, противник без боя оставил позиции перед нами и первые продвижения нашей группы были без стрелкового боя.

Противник огрызался огнем из миномётов и артиллерии.

Его пехота спешно отходила, чтобы не быть отрезанной на левом берегу.

За несколько дней мы освободили обширный участок местности пройдя около полутора километров.

Заняли дамбу водохранилища и выровняли фронт по сухому оврагу, заняв укрепрайон примерно на роту.

За это время был ранен в ногу Чита и в тылу остался мой «сослуживец».

В группу прислали сапёра Ясу.

Заняв наблюдательный пункт на левом берегу оврага я видел в 200-х метрах опорник противника, который вскоре предстояло штурмовать.

100 метров поля до оврага и 100 метров от оврага до окопов.

По ним сутки работала наша арта и минометы.

По нам работал противник.

К вечеру подошла группа Пятачка.