Как перенастроить мозг за 21 день

Тренер научил меня «меташахматам». Он научил меня работать на игру, а не в игре.

Вы должны работать на свой разум, а не в своем разуме.

Слово «мета» пришло к нам из греческого языка, где это слово означает «после». (Аристотелева «Метафизика» – это книга, написанная после «Физики».) В ХХ веке приставка превратилась в термин, обозначающий нечто обобщающее все в своей категории: например, «метатеорема» – это теорема о теоремах в целом. В современной технике эта приставка используется постоянно: метаданные (данные, описывающие другие данные) или метатэги (HTML-тэги, которые описывают содержание всей HTML-страницы). Мы даже используем ее в качестве существительного – говорим «это мета», описывая такие концепции, как:

• Супермен читает собственный комикс.

• Теоремы о неполноте Гёделя, то есть математические доказательства того, что математика никогда не может получить полного доказательства[30].

• Фильмы типа «Гранд-отель Будапешт» – фильм о девушке, читающей книгу, написанную автором, который рассказывает эту историю.

• Телевизионные шоу, где ломается четвертая стена: например, эпизод из «Доктора Кто», где Доктор и его спутники сталкиваются с угрозой превращения в вымышленных персонажей.

• Метаэмоция (например, печаль из-за чувства печали, или «Нам нечего бояться, кроме самого страха»).

• Метапрограммирование, то есть программы, которые при запуске пишут для себя новые коды; простейший пример, это команда eval () в Javascript.

• Меташутка: «Священник, раввин и пастор входят в бар. Бармен говорит: «Это что, шутка такая?»

Мета, по сути, это знак времени. Мы постепенно обретаем способность (и даже развиваем ее) видеть вещи с точки зрения «мета». В способности анализировать нечто с более высокого уровня абстракции есть что-то возвышенное и чудесное. Мы словно переходим в другое измерение.

При mind hacking мы не просто мыслим: мы метамыслим, то есть мыслим о своем мышлении. Для этого процесса есть специальный технический термин – «метапознание». Мы анализируем, как формируются наши мысли, как они собираются в последовательность, как запускают наши эмоции и действия, как влияют на нашу жизнь.

Мышление – это хорошо! Мысля, мы принимаем решения, совершаем поступки и движем вперед свою жизнь. Проводить большую часть времени в мыслях – это правильно (хотя слишком малое количество людей делает это). Но метамышление – это жизненно важный навык для mind hacking. Нам нужно научиться свободно переходить из одного режима в другой.

Три модели, одна идея

Теперь у нас есть три полезные модели: «фильм разума», «режим суперпользователя» и «метамышление». Это три способа восприятия одной простой идеи: нужно рассматривать разум объективно, не погружаясь в его содержание. Другими словами, нужно осознать собственный разум.

Не могу вспомнить конкретный момент, когда я начал осознавать собственный разум, выбрав путь трезвости. Это было осознание просветления, навык, который развивался постепенно с помощью упражнений, описанных в последующих главах. Вместе с этим осознанием росло ощущение свободы и восторга. Я настолько плотно связывал себя с собственным разумом, что верил всему, что он мне говорил. А теперь я понял, что у меня есть выбор.

Сейчас у вас тоже есть выбор. Вы наверняка осознаете собственный разум, но главная проблема mind hacking заключается в том, чтобы усилить это осознание. С этого момента я призываю вас воспринимать свой разум в духе открытости и любопытства. Наблюдайте за ним. Думайте, как можно было бы использовать его по-другому. Иными словами, воспринимайте свой мозг, как это сделал бы хакер.

Вам нужно развить это осознание, сделать его привычным. В этом заключена основа mind hacking. Мы учимся понимать, что такое разум, и что такое «мы». И мы начинаем понимать, насколько наш разум не укрощен. Вот об этом мы и поговорим в следующей главе.

[1.2.]Ваш разум обладает собственным разумом

Наш разум подобен непослушной собаке.

Когда мы с моей женой еще только встречались, у нее была здоровенная немецкая овчарка, которая (как бы это выразиться помягче) была собакой довольно невоспитанной. Собаку звали Кэсси. Хотя она вроде бы была чистокровной, но мне казалось, что в ее крови явно были примеси. Мы никогда не интересовались ее родословной. Но мы точно знали, что цепочка ее ДНК обмоталась вокруг центрального ствола, как поводок вокруг шеста.

Кэсси была непредсказуемой, утомительной и опасной. Когда звонил дверной звонок, она встречала гостей, прыгая на них со всей силой. Она лаяла, начинала лизаться, а порой даже могла укусить. По вечерам она крепко засыпала под журнальным столиком, а в три часа ночи просыпалась, вскакивала, опрокидывала стол – со всем, что на нем было.