Как США пожирают другие страны мира

В конгрессе, и в правительстве США очень сильны позиции сторонников сохранения силового давления на Тегеран. Примечательно выступление на слушаниях в комитете по иностранным делам сената США, посвященным урегулированию ядерной проблемы Ирана, заместителя министра финансов Дэвида Коэна. Он курирует вопросы борьбы с финансированием терроризма и финансовую разведку. Д. Коэн заявил, что, несмотря на достижение постоянной пятеркой Совета Безопасности ООН и Германией предварительной договоренности с Тегераном, «архитектура центральных санкций твердо остается на месте». «Мы продолжаем обеспечивать соблюдение: санкций, которые привели к сокращению иранского нефтяного экспорта на 60 % в течение последних двух лет; финансовых санкций, позволивших блокировать множество активов Ирана в других странах; наших банковских санкций, фактически „отрезавших“ банковский сектор Ирана от мировой финансовой системы; санкций, касающихся существенных инвестиций в энергетический сектор Ирана, что осложнило добычу им нефти и газа», — заявил Дэвид Коэн. Вашингтон «готов применить свои инструменты против любого нарушителя американских санкций, где бы то ни было». В верхней палате конгресса такое заявление вызвало большое одобрение. Там уже готовится законодательная инициатива, предусматривающая восстановление в полном объеме экономических санкций против Тегерана. Заместитель государственного секретаря США Венди Шерман уточнила, что происходящее сейчас ослабление режима санкций против Ирана является «временным, ограниченным и точечным». Госсекретарь США Джон Керри в январе 2014 года на встрече с министром иностранных дел Франции Лораном Фабиусом, затронув тему поездки в Иран французской торговой делегации, которая выясняла возможности заключения контрактов и осуществления инвестиций в экономику Ирана, предупредил, что подобного рода активность европейского бизнеса является преждевременной.

Неустойчивость ситуации вокруг Ирана хорошо чувствуют и в самой этой стране, и в тех странах, которые являются его традиционными торгово-экономическими партнерами. Тем не менее, полным ходом заключаются бартерные сделки, ведётся торговля с использованием в качестве средства расчета золота и национальных валют стран-партнеров. С Турцией Иран до недавнего времени торговал, используя золото (неизвестно, использует ли он его сегодня, после того как Вашингтон ввел запрет на расчеты в золоте). Китай рассчитывается за иранскую нефть юанями, Индия — рупиями.

Ирану, скорее всего, придется по-прежнему использовать «серые» схемы в торговле. Ибо ослабление санкций — «временное, ограниченное и точечное». В глазах Вашингтона ядерная программа Ирана в каком-то смысле лишь повод для того, чтобы за столом переговоров вернуть Тегеран в орбиту своего экономического и политического влияния. В том числе снова загнать Иран в систему нефтедоллара.

Парадоксально, но всеми своими санкциями против Ирана Вашингтон добился лишь того, что эта крупнейшая нефтедобывающая страна освободилась от пут нефтедолларового стандарта, появившегося сорок лет назад. И сегодня Иран скорее согласится свернуть свою ядерную программу, чем вновь подчиниться нефтедолларовому диктату Вашингтона.

Киргизия, первая революция тюльпанов 2005 г

Зажатая между Китаем и Казахстаном Киргизия ограничена в связях с остальным миром. 80 % транзитных услуг по всем видам транспорта ей обеспечивает Казахстан. Киргизия является одной из самых бедных республик на территории СНГ.

Политический кризис в Киргизии 2005 года завершился государственным переворотом из серии «цветных революций», и привел к свержению президента республики Аскара Акаева и приходу на его пост Курманбека Бакиева.