Как США пожирают другие страны мира

Три политические партии, активно выступающие против алиевского режима — партия «Мусават», Народный фронт и Демократическая партия — создали коалицию «Азадлыг» («Свобода»), которая рассчитывает на победу на выборах и на приход к власти после них в результате силового давления на власть с целью признания результатов голосования. «Мусават» и демократов возглавляют бывшие спикеры парламента Пса Гамбар и упомянутый выше Расул Гулиев. Нынешним лидером «народофронтовцев» является Али Керимли — один из соратников покойного президента страны Абульфаза Эльчибея. Оппозиция рассчитывала на «оранжевый» сценарий, надеясь на поддержку как своих сторонников внутри страны, так и западных политических сил, которые в свое время выражали сочувствие аналогичным процессам в Украине и Грузии.

Кроме того, в стране создан еще один оппозиционный блок — «Новая политика» («Ени сиясет») с участием ряда видных деятелей, включая первого президента современного Азербайджана Аяза Муталибова, живущего ныне в Москве, а также лидера Движения национального единства Азербайджана Лалы Шовкет Гаджиевой, бывшего главы Партии национальной независимости Этибара Мамедова, бывшего премьер-министра Али Масимова (он представляет меньшинство членов Народного фронта). По словам Гаджиевой, «если парламентские выборы будут сопровождаться широкомасштабными фальсификациями, то революции в Азербайджане не избежать». Впрочем, именно партия Гаджиевой уже в ходе избирательной кампании сблизилась с коалицией «Азадлыг» и после консультаций подписала с ним соглашение о сотрудничестве.

Коррупция алиевского режима является актуальным фактором. Равно как и высокий экономический рост сопровождается весьма несправедливым распределением его результатов между различными социальными группами.

Поэтому у оппозиции появляется шанс — ее могут поддержать как западнически ориентированные группы интеллигенции, так и социальные «низы» общества. Первые считают, что Азербайджану необходима политическая демократизация. Вторые негативно настроены в отношении действующего режима.

К обеим этим группам, очевидно, хотел апеллировать и бывший спикер Гулиев, который решил вернуться в страну из вынужденной эмиграции. Рискованный шаг Гулиева свидетельствовал о том, что оппозиция была намерена переломить инерционный ход избирательной кампании, который выгоден власти. Экс-спикер, в последние годы живущий в США, собирался приехать в страну в сопровождении западных политиков и журналистов. Более того, в аэропорт к прибытию его самолета собирались приехать тысячи сторонников оппозиции. В таких условиях арестовать Гулиева было практически невозможно: для того, чтобы это сделать, надо было бы «проломиться» через толпу противников режима и, возможно, задеть кого-либо из зарубежных гостей. Все это повлекло бы за собой крайне негативные последствия для бакинского режима, который сейчас делает все, чтобы показать высокую степень своей демократизации. А если бы Гулиев остался на свободе, то это становилось демонстрацией слабости правящего режима — на востоке такого не прощают. Не исключено, что именно в этот период (еще до выборов) на сторону оппозиции стали бы переходить представители клана Фархада Алиева. Вряд ли это произошло бы сразу, как утверждают правоохранители, но ближе к выборам и сразу, же после них события для этих чиновников могли бы развиваться по «цветному» сценарию.

При этом личность самого бывшего спикера, обвиняемого в коррупции и уже полузабытого на родине, не имела большого значения — в стране есть оппозиционеры и повлиятельнее его (такие как Иса Гамбар и Али Керимли). В результате алиевский режим выбрал самое меньшее зло — самолет с Гулиевым на борту вообще не был допущен в воздушное пространство Азербайджана и был вынужден приземлиться в Украине, где экс-спикера взяли под стражу как находящегося в международном розыске.