Как США пожирают другие страны мира

При этом наши западные «партнеры» считали такое положение дел вполне нормальным и естественным. Хотя именно США и ЕС несут ответственность за то, что своими действиями за последние двадцать лет они разрушили систему международного права. России и Китаю было глупо продолжать играть по тем правилам, которые давно не соблюдают другие игроки, что они и продемонстрировали в Пекине.

Россия сделала вывод из диалога с Западом последних двадцати лет и начала разворот своих энергетических ресурсов на Восток. И это касается не только Китая. Там — и Япония, и Индия, и обе Кореи и т. д. Один Китай через пятнадцать лет будет потреблять газа больше, чем все остальные страны мира, вместе взятые. К этому времени объем экспорта российского газа для Китая сравнится с европейскими показателями. При этом Россия решает важнейшую инфраструктурную задачу — объединяет в единую трубопроводную систему западное и восточное направления экспорта газа.

На этом фоне дела с газовыми запасами у Европы обстоят плачевно. По данным «Бритиш петролеум», за период с 2000 по 2012 год доказанные запасы газа в ЕС сократились более чем вдвое — с 3,8 до 1,7 трлн. кубометров. Запасы выросли только в Норвегии — с 1,3 до 2,1 трлн. кубометров. За последнее десятилетие добыча природного газа в ЕС упала более чем на треть, а в абсолютном выражении — почти на 70 млн. тонн нефтяного эквивалента. При этом газовые цены выросли почти вчетверо. Не будь этого роста цен, запасы газа в Евросоюзе уже сейчас были бы близкими к нулю.

Таким образом, Европа находится накануне газового голода. И именно эту ситуацию пытались использовать США, взрывая в феврале ситуацию на Украине. Им надо было максимально затруднить экспорт российского газа в Европу и разорвать как намечающуюся политическую коалицию России и ЕС, так и создание в целом единого евразийского экономического комплекса. На этом фоне США привязывали Европу к себе не только политически, но и экономически через поставки дорогого сланцевого газа, т. е. окончательно лишали Евросоюз политической и экономической самостоятельности и превращали в свой экономический придаток.

В этих условиях Европе придется отказаться от политики двойных стандартов и газового шантажа России. Очень недальновидной оказывается для нее политика санкций в отношении Москвы. На первые четыре-пять лет у России есть необходимая подушка безопасности, а потом заработают сразу два маршрута экспорта газа в Китай — восточный и западный, при этом вполне возможно, по словам президента России Владимира Путина, что западный трубопровод будет построен быстрее, чем восточный.

Заключенная между Россией и Китаем сделка имеет не только экономическое, но и политическое значение. По сути, наши страны заявили о формировании стратегического альянса, второго полюса мира, в противовес англосаксонской цивилизации. Это особо подчеркивает факт проведения совместных российско-китайских военных учений, а также совместное празднование в следующем году победы во Второй мировой войне.

Заключив историческую сделку с Китаем, Россия показала Западу, что язык санкций неуместен. Да, возможно, она испытает некоторые временные трудности финансово-экономического порядка, не без этого. Но, насколько возросла сплоченность народа в ответ на наскоки Запада! Какой порыв патриотизма! Мне кажется, эти духовно-нравственные вещи намного перевешивают любые экономические проблемы, к которым нам тем более не привыкать. Что касается технологий, то все, что нам откажется давать Запад, дадут другие страны: Китай, Индия. Да и ряд европейских стран все неохотнее идут в русле, задаваемом из-за океана.

Кстати, прошедшие выборы в Европарламент и победа в целом ряде стран, включая Францию, евроскептиков, показали, что в Старом Свете существуют достаточно мощные политические силы, опирающиеся на волю масс и осознающие ту пропасть, в которую Европу загоняют США, они готовы бороться за сохранение цивилизационной идентичности европейских наций.

Своим решением Россия и Китай похоронили «Большую восьмерку» как формат для решения глобальных проблем мирового значения, перенеся основной акцент принятия мировых решений на «Большую двадцатку», где голос стран БРИКС звучит гораздо мощнее, чем одинокий голос России в G8.