Как Зюганов не стал президентом

«Несоответствие между требованием Закона о выборах, задававшим верхнюю планку расходов на избирательную кампанию, и реальными расходами всегда приводило к тому, что расчеты за проведение кампании в существенной части проводились «черным налом». Это практиковали все, именно поэтому противоборствующие стороны никогда не обвиняли в этом друг друга (в скобках замечу, что похожим образом «противоборствующие» страны до поры до времени не обвиняют друг друга, когда под видом дипломатов засылают друг к другу еще и некоторое количество шпионов: все ведь это «практикуют». – О.М.). Понятно, что то же самое делалось и в избирательном штабе Ельцина».

Кстати, как вообще у нас финансируются партии – та же КПРФ? Все мы хорошо помним скандал, разразившийся в октябре 2005 года по поводу доклада комиссии Пола Уолкера о проверке выполнения «иракской» программы ООН «Нефть в обмен на продовольствие». Выяснилось, что осуществление этой программы – сплошное воровство и коррупция. Причем больше всех тут отличилась Россия. А в России – как раз КПРФ, в 1996-м пламенно обличавшая Ельцина в нечестности. Комиссия пришла к выводу, что право продавать иракскую нефть предоставлялось «за проиракские взгляды или мощным агентам влияния». В докладе приводилось письмо Геннадия Андреевича Зюганова хуссейновскому министру нефти Тарику Азизу: «Пользуясь случаем, хочу выразить солидарность в вашей справедливой борьбе против агрессивных действий США и их союзников». Ну, этакий бескорыстный борец с ненавистным американским империализмом! А чуть ниже в том же послании: «Также просим восстановить экспортную квоту на продажу нефти Фонду дружбы с арабскими странами. Искренне Ваш…» В итоге КПРФ получила самую большую среди российских организаций квоту на продажу иракской нефти – 125 миллионов баррелей. Занявший второе место главный российский «либерал-демократ» Жириновский, тоже сердечный друг Саддама, далеко отстал от нее (всего лишь 73 миллиона).

А вы говорите – 500 тысяч «баксов»…

Так что при желании аналогичный скандал можно было раскрутить почти в любом избирательном штабе. Но так получилось, что его раздули в ельцинском.

У Коржакова и Барсукова было сколько угодно способов заявить о себе как о несгибаемых борцах с коррупцией, но они выбрали именно этот. В конце концов у них была возможность провести расследование после выборов. Однако они не захотели ждать…

Представьте себе такую ситуацию. Идет финальный футбольный матч на первенство Европы. Или даже мира. И вот в разгар этого матча игрок одной из команд подходит к другому игроку той же команды и говорит ему: «Слушай, старина, только что в раздевалке я видел у тебя часы «Роллекс». По-моему, это краденые часы». И затевает скандал, апеллирует к судьям, тренерам… В реальности такое, конечно, не может случиться, а вот во время «матча» под названием «российские президентские выборы-96» – случилось. Хотя та «игра» для России была, конечно, тысячекратно важнее любого футбольного первенства.

Генералы не могли не понимать, что информация о задержании двух видных членов ельцинского избирательного штаба (неважно, официальных или неофициальных) неминуемо просочится в печать и нанесет ощутимый удар по избирательной кампании президента. И это – в критический момент, после почти равновесного исхода первого тура, перед решающим вторым…

Кстати, забавная деталь. В своей книге «Борис Ельцин: от рассвета до заката. Послесловие» Коржаков приводит любопытный документ – свою докладную, которую он направил Ельцину незадолго перед первым туром. В ней он как начальник СБП выражает беспокойство по поводу возможной компрометации избирательной кампании президента в результате «вскрытия отдельных источников ее финансирования и направлений использования финансовых средств»: дескать, «существует опасность попадания отдельных документов в виде подлинников или копий в руки конкурентов или недружественных средств массовой информации». Как видим, Коржакова волнует вовсе не законность финансирования ельцинской избирательной кампании, а возможность утечки информации, касающейся чего-то незаконного или не совсем законного (ибо если все происходит по закону, – чего же тут бояться, какой компрометации?). Он просит президента, чтобы тот дал указание передать в СБП «на хранение всю финансовую документацию и электронные носители соответствующей информации». «Тяжело вздохнув, – пишет Коржаков, – Ельцин поручил мне лично контролировать финансовую деятельность выборной кампании».

На это ельцинское «поручение» он и ссылается, когда говорит о том, что его побудило остановить на проходной Евстафьева и Лисовского: мол, какие вопросы – выполняю задание президента.

Но ведь в докладной, мы видели, Коржаков просит совсем другого – вовсе не права «контроля финансовой деятельности» Совета избирательной кампании, а всего лишь – чтобы ему передали «НА ХРАНЕНИЕ» финансовую документацию. То есть претендует на роль сторожа при сейфах. И резолюция Ельцина гласит: «Передать ВСЕ». При чем же здесь «контроль финансовой деятельности»?

Еще из «Эпохи Ельцина»: