Как Зюганов не стал президентом

На первые роли выдвигается Сосковец

Чубайса «задвинули» и одновременно принялись выдвигать и выпячивать другого первого вице-премьера – Олега Сосковца. Этому немало способствовал его друг-приятель – главный ельцинский охранник Коржаков. В своих воспоминаниях он сам рассказывает, как нахваливал Ельцину Сосковца: он-де «один из немногих», кто в правительстве «по-настоящему работает»; у Олега Николаевича «стахановские показатели» – он перекрывает «нормы» в несколько раз, «обрабатывает» три тысячи бумаг в год. Таков коржаковский уровень понимания существа дела: «по-настоящему» работает, допустим, не тот же Чубайс, благодаря которому в стране в 1995-м, впервые с начала реформ, удалось добиться просвета в экономике – резко снизить инфляцию, увеличить валютные резервы, остановить промышленный спад, принять нормальный бюджет, – а его, Коржакова, «другован» Сосковец, перелопачивающий горы бумажек.

Ну и, естественно, в тех же мемуарах бывшего начальника СБП в самом лучшем виде расписываются человеческие качества вице-премьера-«стакановца» (как говорил солженицынский Иван Денисович)…

Позже Коржаков сильно удивлялся, что после их совместной с Сосковцом и Барсуковым отставки бывший первый вице-премьер, как и управделами президента знаменитый Паша Бородин (как, наверное, многие другие), быстро предал его. Чего ж тут удивляться? Разве так уж трудно было распознать, какой породы эти люди? Ты им нужен, пока занимаешь пост…

А вот отрывок из книги Ельцина «Президентский марафон», повествующий о том же времени и тех же событиях:

«…В конце 1995 года в моем ближайшем окружении (а неформальным его лидером тогда был Александр Коржаков, руководитель моей охраны) стала обсуждаться идея: наследником Ельцина должен быть не проигравший думские выборы Виктор Черномырдин, а Олег Сосковец, первый вице-премьер. Статный мужчина «с открытым русским лицом», настоящий хозяйственник, бывший директор металлургического завода, по сути дела, второй человек в правительстве, он был вполне достойной представительной фигурой. Тогда я еще не до конца понимал, насколько опасен Коржаков в роли «спасителя отечества», почему он так рьяно протежировал своему ближайшему другу Олегу Сосковцу. Мне никто ничего не говорил в открытую, но я и так видел, как упорно Коржаков подталкивает меня к тому, чтобы я отправил в отставку Черномырдина. Дальнейший ход событий просматривался тоже достаточно четко: на волне борьбы с чеченским сепаратизмом, на волне «коммунистической угрозы» к власти приходит полувоенная команда постсоветских генералов: начальник службы безопасности Александр Коржаков, директор ФСБ Михаил Барсуков, которых прикрывает своим могучим телом первый вице-премьер Олег Сосковец. Найдутся и другие…»

Спрашивается: почему же при столь отчетливом видении истинных устремлений этих людей Ельцин сразу же не отстранил от себя эту группу? В короткой цитате мы видим сразу несколько противоречивых утверждений: с одной стороны, автор пишет, что ему «никто ничего не говорил», но он «и так видел…», что «дальнейший ход событий» представал перед его мысленным взором «достаточно четко», с другой – тогда он «еще не до конца понимал…». На самом деле, конечно, опасность группы Коржакова – Барсукова – Сосковца президент разглядел много позже…

Кто управляет страной?

Между тем разглядеть, например, и амбиции самого Коржакова, и то, что он стремится продвинуть на самый верх своего друга – бывшего союзного металлургического министра, не составляло большого труда. Даже и стороннему человеку, не то что президенту. Поскольку подчас соответствующие телодвижения руководителя СБП проявлялись вполне публичным и даже скандальным образом.

Забавный случай произошел, например, в конце 1994 года. 30 ноября Коржаков направил Черномырдину письмо – то ли жалобу, то ли донос на бывшего министра экономики Шохина (кстати, ушедшего в отставку незадолго перед этим). Он, дескать, занимался чуть ли не вредительством, стремясь сделать более либеральным экспорт российской нефти, привлечь к этому делу иностранные инвестиции. «Но национальное хозяйство не может укрепиться за счет зарубежной инвестиции в сырьевые отрасли экономики… – поучал генерал премьера. – Создание так называемого «недискриминационного» доступа к нефтепроводам… означает не что иное, как ограничение свободы экспортной политики российского ТЭК и навязывание собственных, выгодных МБРР (Международному банку реконструкции и развития. – О.М.), но невыгодных России финансовых соглашений».

Вот так вот: не нужны нам зарубежные инвестиции! Даром что все последние годы все российские начальники высокого ранга только и занимаются тем, что зазывают в страну зарубежных инвесторов.

Далее в письме следовали известные страшилки, касающиеся прихода на российскую землю иностранного капитала, – «усиление зависимости» от этого капитала, неизбежное «свертывание развития предприятий отечественной нефтеперерабатывающей промышленности», «снижение конкурентоспособности экспортного потенциала России» и т.д. и т.п.