Как Золотая Орда озолотила Русь. Не верьте лжи о «татаро-монгольском Иге»!

Юрий хотел нападать на Тверь сразу с двух сторон: с юга (он) и с севера (Новгород). Но тут возникла заминка. Второй татарский темник отказался воевать с русскими (это вообще крайне удивительно при ордынской дисциплине). Войско Юрия и Кавгадыя уменьшилось, но, взвесив всё и зная, что на их стороне обозлённые новгородцы, они решили двигаться дальше к Твери и углубились в её территорию. Зачем-то, в приступе неумного и неуместного куража, Юрий взял с собой в поход жену Агафью. У Клина Юрий вошел в тверские земли и стал грабить и разорять все села, которые они проходили. Михаил, желая оградить своё княжество от разгрома, вышел навстречу Юрию и послал сказать ему: «Брат, имеешь великое княжение, господствуй над ним, но в мою область не вступайся, довольствуйся своим». Но Юрий Данилович хотел ослабить Тверь, поэтому он и начал громить тверские земли. Посовещавшись с епископом, князьями и боярами, Михаил Ярославич выступил вместе с тверичами и кашинцами против татар и Москвы и встретился с ними около села Бортенево, в 40 верстах от Твери. В жестокой сече погибло много татар, которые обратились в бегство. В плен были взяты Кавгадый, Кончака, Борис и Афанасий Даниловичи. Юрий же с небольшим количеством людей ушёл в Новгород. Битва эта состоялась 22 декабря 1318 года ^[399]. Михаил Ярославич понимал, насколько большое влияние на хана имеет Кавгадый. А потому к нему относились с большой любезностью. Михаил старался переманить Кавгадыя на свою сторону, и тот ловко показывал мнимую любовь к Михаилу Ярославичу, каялся, винил себя и говорил, что это они с Юрием сами развязали войну, без санкции Узбека ^[400]. Не исключено, особенно если вспомнить второго темника, отказавшегося воевать с русскими, что что-то в этом было.

Но в это время в плену умирает Агафья, а с Севера приходит злое и сильное войско – громить Тверское княжество. Дело в том, что, когда Юрий прибежал в Новгород и там стало известно о победе их врага Михаила, северяне собрали свои, новгородские, и призвали псковские и ладожские войска, взяли и тяжёлую Владыкину конницу, а в бой их повёл сам владыка – архиепископ Давыд. Войско собралось сильное, как в Псковскую кампанию 1269 года. В январе 1319 года войска противников встретились у Синеевского брода через Волгу ^[401]. И Михаил, оценив ситуацию и поняв, что ему не устоять, – и чтоб не подвергать свою землю разгрому (именно за это он был канонизирован), согласился ехать в Орду судиться с Юрием Московским. При этом он НЕ ВЫДАЛ ЮРИЮ ТЕЛА ЕГО ЖЕНЫ. Ужасная вещь по обычаям и понятиям того времени (Карамзин, Борзаковский). Михаил отправил в Москву послом своего боярина Александра Марковича, но Юрий, не получив тела жены, пришёл в ярость и приказал убить посла. Стало очевидно, что примирение невозможно. Зачем Михаил не отдавал тело? Ведь мы знаем, что помимо желания объединить Русь он обладал настоящими рыцарскими качествами. Но тогда выходит, что он кого-то прикрывал, даже смертельно рискуя, ставя себя против всех: Москвы, митрополита, Орды, Новгорода? Но кого? Похоже, это останется тайной.

Ещё зимой 1318/19 г. Михаил отправил в Орду своего 12-летнего сына Константина с боярами. Но сам тянул время. Только в августе 1319 года Михаил Ярославич выехал из Твери в Орду, приняв благословение от своего епископа Варсонофия. Во Владимире Михаил встретил ханского посла Ахмыла, который предупредил его о том, что он оболган Юрием и Кавгадыем, что Юрий Московский в бешенстве. Его дети говорили ему: «Не езди, дорогой отец наш, в Орду, но пошли одного из нас, ты оклеветан; подожди, пока всё утихнет». Михаил Ярославич вполне справедливо отвечал им: «Если же я не пойду и уклонюсь, мое родное княжество будет пленено, много христиан избито. Лучше же мне ныне положить душу свою за многие души». В Орде после долгого суда Михаил был «выдан головой» Юрию. Никто из крупных русских князей не подвергался в Орде таким унижениям: на шею Михаила ещё в процессе суда были надеты деревянные колодки. И в присутствии Юрия и Ковдагыя он был зарезан слугой Юрия по имени Романец. Юрий стоял в недобром каменном оцепенении, и, видя это, Кавгадый сказал ему «с сердцем: Михаил же твой родной дядя; неужели оставишь лежать его на земле?» ^[402].

Как по Шекспиру…

Тело Михаила привезли в Москву и погребли в Спасском монастыре. Вел. княгиня Анна, ее сыновья Дмитрий, Александр, Василий просили Юрия, чтобы тот отпустил тело их отца домой. Юрий согласился, «НО С УСЛОВИЕМ, ЧТОБЫ ОНИ НА ОБМЕН ПРИСЛАЛИ ЕМУ ТЕЛО ЖЕНЫ ЕГО, АГАФЬИ» ^[403]. Тут уже Шекспир отдыхает…