Как Золотая Орда озолотила Русь

Каковы же были результаты и последствия Куликовской битвы? Ещё в 1379 г., благодаря Вожскому разгрому Мамая, хан Белой Орды Тохтамыш, поддерживаемый Тимуром, овладел Сараем. В 1380 году, после перехода эмиров Мамая на его сторону, Тохтамыш стал ханом Золотой Орды. Разгром Мамая невольно способствовал объединению ордынских земель под властью законного хана. Зимой и весной 1381 г. русские князья, в т. ч. и Дмитрий Донской, отправили своих послов в Орду «с дары и поминки». Летом того же года восстановились дружеские отношения между Москвой и Рязанью. Договор с Олегом Рязанским составлен по образцу договора 1375 г. с Михаилом Тверским. В нём Олег признаёт себя «молодшим братом» Дмитрия Ивановича и равным «братом» Вламимира Андреевича Серпуховского. Предусмотрены и совместные действия против татар. На всякий случай. Однако историческое значение Куликовской битвы выходит далеко за рамки конкретных политических последствий. По существу, она стала одним из ключевых пунктов исторического самосознания русского народа. Л. Н. Гумилёв в своей книге «Древняя Русь и Великая Степь» принимает 8 сентября 1380 г. за начальную точку явной фазы подъёма в этногенезе российского суперэтноса. Как бы ни относиться к созданной им «пассионарной теории этногенеза», очевидно, здесь Гумилёв недалёк от истины. По его образному выражению, на Куликово поле пришли москвичи, серпуховчане, ростовчане, белозёрцы, смоляне, муромчане и т. д., а ушли с него – русские. И ещё один результат – это репутация русской армии. Классический пример: 1759 год, центр Европы, жаркий летний день 1 августа около прусского города Франкфурта-на-Одере, знаменитое Кунерсдорфское генеральное сражение между русской армией графа Салтыкова и прусской армией короля Фридриха Великого. Пехота и конница сцепились в жестоком рукопашном бою, матёрые воины падают от нечеловеческого напряжения сил, и король спрашивает у своих генералов: что делать дальше? – «Ваше величество, – отвечают ему хмурые генералы с пасмурными лицами, – битву надо сворачивать. Войска уже в изнурении. Люди выбились из сил от марша, зноя и жестокого боя». – «Как???» – «Вот так. Если сражение затянуть хотя бы на час, весь наш первый успех полетит к черту». – «Вы не понимаете, – возмущается в ответ король. – Мы должны сегодня их поколотить. А главное: мы должны сегодня уничтожить репутацию русской армии». – И продолжает гнать людей вперёд, на русские штыки. А через час его армия начинает разбегаться ^[576].

Ещё один пример из нашей военной истории. 1812 год. Бородино. Светлейший князь Кутузов решает дать генеральное сражение матёрому талантливому Бонапарту – грозе и ужасу всей Европы. Он действительно страшный противник. Без всяких шуток. Русские уже имели с ним пять генеральных сражений: Аустерлиц (1805), Пултуск (1806), Эйлау (1807), Гейльсберг (1807) и Фридланд (1807).

А если быть точным, то только русские с его армиями и сражаются. Остальные уже просто разбегаются, как австро-венгры под Аустерлицем или прусские армии под Йеной и у Ауэрштедта. Разбегаются практически сразу, очень быстро и во все стороны, неся, особенно при бегстве, очень большие потери. А русские бьются. Суворов граф уже лежит в земле сырой, но дух его зовёт их в бой. И всё же им несладко: из пяти костоломных сражений русские дважды разбиты – у Аустерлица и Фридланда, а остальные сражения кончаются кровавой «ничьей». Оба противника знают друг друга как облупленные. Оба главнокомандующих – израненные и не один раз контуженные. Но у кутузовской армии есть слабое место – большое количество новобранцев. И Бонапарт об этом тоже знает. Всё же одноглазый Кутузов решает дать ещё одно, шестое по счёту генеральное сражение – самое убойное и самое костоломное. Спрашивается – зачем? Ведь Одноглазый знает, что эвакуация Москвы уже готовится. Ему «безумный Федька» – то бишь мэр Ростопчин – уже доложил. А если этот самый Федька не успеет, то всё равно Москва будет сдана, т. к. решение об этом уже принято.