А теперь сравним эту таблицу с таблицей даней, и становится очевидным: страна была на подъёме, торговала от Пекина до Мазендерана и Германии, много строила, получила водяные мельницы с Запада и чугун и счёты (т. е. первый калькулятор) с Востока. Вассальная зависимость от Орды была мягкой, слабой по сравнению с другими странами (а дань – малой) и не мешала развитию страны. И распространялась лишь на часть Северной Руси. Хрусталёв [602] приводит следующие слова не раз названного очевидца и пленника монголов Киракоса Гандзакеци: «Русские князья платят дани более или менее смотря по обстоятельствам. Сначала хан улуса Джучиева посылал своих чиновников для сбора дани и налогов в Россию, а потом передал эту обязанность в руки русских князей, не потому, конечно, что имел к ним более доверия, а потому что раздражение народа во многих случаях показало невыгоды и даже опасность первой системы». Выходит, хан боялся русских повстанцев? Вряд ли. Но вот если учесть, что на первом месте для хана – по отношению к русским – обозначились выгоды волжской торговли, а не выбивание дани в дремучих лесах, и вспомнить, что из всех улусов великой империи Золотая Орда наиболее нуждалась и зависела от торговли, то тогда всё становится ясным и логичным: торг с русскими неоспоримо выгодней войны. И ещё один интересный и важный момент. Вспомним: в 1269–1270 гг. разгорелся очередной конфликт между Новгородом и ливонскими немцами. Новгородцы послали послов во Владимир за помощью: «Князь велики Ярославъ Ярославичь посла къ Володимерю собирати воинства хотя идти на Немцы и събрася сила многа и великий баскакъ Володимерьский Иаргаманъ и зять его Айдаръ со. И то слышавше Немцы Татары приидоша устрашишася и вострепетавшее прислаша съ великимъ челобитьемъ и со многими дары послы своя и добиша челомъ на всей воли его и всехъ издариша и великаго баскака и всех князей Татарскихъ и Татаръ ЗЕЛО БО БОЯХУСЯ И ИМЕНИ ТАТАРСКОГО. И тако всю волю сътворивше великого князя Ярослава Яраославича». Никоновская летопись, 1270 г. Текст также позволяет сделать вывод, что немцы не считали Русь частью Орды и не рассматривали хана как верховного владыку над Русью. Сказано, что немцы «боялись даже имени татарского», но это проявилось, лишь когда сами татары появились в Новгороде. С русскими же немцы воюют, явно не рассматривая свои конфликты с Русью как столкновение с Ордой. Кроме того, несмотря на присутствие баскака, по статусу представляющего хана, челом бьют Ярославу и «волю створяют» опять-таки его. Татар лишь одаривают. Будь хан верховным правителем Руси, представляющий его владимирский баскак как минимум должен был бы утвердить договор. Чего не происходит. Татары выступают в данных событиях всего лишь в роли военной помощи. И баскак владимирский уже не во Владимире сидит, а на границе, в районе Тулы или Мурома. И он теперь не сборщик дани, а ханский представитель [603].