Читаем Каменный Пояс, 1986 полностью

И вот только что познакомившись с отдельными фрагментами его выступлений перед южноуральцами, невольно задаешься мыслью, что это не просто Специалист, что это не просто Человек, который заботится о хлебе, но это великий Ученый, который разработал новое направление в агрономической науке.

Закону об убывающем плодородии почвы Мальцев смело противопоставил закон повышения урожайной силы земли, закон нарастающего плодородия. И я бы сказал, что он просто и убедительно обосновал новую земледельческую систему, основы философии современного земледелия.

Мне многие годы приходилось встречаться с Терентием Семеновичем: и у него бывать в колхозе «Заветы Ленина», и он у нас в области не раз бывал, и в Москве доводилось встречаться на сессиях Верховного Совета РСФСР, и всегда речь у нас шла о земле.

У нас на Южном Урале почвозащитной системой земледелия Мальцева, перед которой преклоняются теперь земледельцы многих регионов нашей страны, и даже зарубежные земледельцы, широко пользуются многие агрономы.

В какой-то мере это помогло, например, хлеборобам нашей области в прошлом году выполнить социалистические обязательства по продаже зерна государству. В закрома Родины было засыпано 1360 тысяч тонн южноуральского хлеба, заготовлено более 540 тысяч тонн пшеницы сильных, твердых и ценных сортов при задании 260 тысяч тонн.

Особенно организованно провели хлебозаготовки 1985 года земледельцы Сосновского, Аргаяшского, Еткульского, Увельского районов, а наибольший вклад в достижение высоких рубежей завершающего года пятилетки внесли труженики Октябрьского, Троицкого, Чесменского, Верхнеуральского, Чебаркульского и Уйского районов, у которых хлебный каравай был особенно весом.

Агрономы Челябинской области всегда внимательно изучали научно-производственный опыт Терентия Семеновича Мальцева, при этом многие творчески переносили мальцевскую систему обработки почвы в свои хозяйства, на свои поля, и на базе этого решали самые сложные задачи по увеличению производства зерна.

Вот, взять, к примеру, агрономов Октябрьского района, у которых с Терентием Семеновичем почти тридцатилетняя дружба. Все эти годы они применяют мальцевские методы у себя на полях, а район этот, я бы сказал, по почвенному плодородию не из лучших. И вот в прошлом году октябрьские хлеборобы получили, как Терентий Семенович говорит, «добрый урожай»: собрали около 20 центнеров с каждого гектара и продали свыше 150 тысяч тонн зерна государству.

Перейти на страницу:

Все книги серии Каменный пояс

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное