Каменный пояс, 1987

Кузнецов ушел обнадеженный, но полностью проявить инициативу на месте ему помешали новые неурядицы. Приблизительно через месяц после разговора с Баландиным столовая при СМУ стала открываться почему-то на час позже обычного, вместо двух девушек в раздаточной осталась одна, исчезли дешевые блюда, зато появились антрекоты, эскалопы (переименованные из рагу и шницелей), цыплята фри…

Кузнецов позвонил управляющему трестом столовых и услышал в трубке знакомый голос:

— Товарищ Кузнецов! Здравствуйте! Баландин с вами разговаривает!.. Так надо же мыслить по-государственному, товарищ Кузнецов! Не частная же лавочка!.. А потому и открываем позже, что теперь продукты подвозит не машина, а лошадь!.. Договор с автохозяйством не пролонгирован… Да, сократили раздатчицу. Мы, товарищ Кузнецов, за белорусский метод. Взамен ввели в штатное расписание зав. орготделом… Цыплята фри? Ну и что? Это чтобы план подтянуть, должны же понимать, что такое — план!.. Замечания ваши, конечно, учтем, согласовать, конечно, надо… Привет!

Кузнецов получил новый район под застройку. Дорога туда была никудышная: вся в рытвинах, ямах, полных водой, где безнадежно застревали машины со строительными материалами. Вдобавок кое-где ремонтники зачем-то перекопали ее канавами. По плану ремонт дороги давно должно было завершить городское управление благоустройства.

Начальником управления оказался Александр Федорович Баландин.

— Знаю, знаю! — заверил он Кузнецова. — Вам бы туда асфальт! Ковер постелить! Нет, вы сумейте преодолеть трудности, проявить энтузиазм, напор! А людей дать не могу! Переброшены на ремонт пляжа. Ну и что же, что осень? У нас тоже — план! Нам тоже рапортовать!… А если ассигнования на будущий год срежут?.. В общем, подумаю, посоветуюсь.

Прошел месяц. Однажды Кузнецов надолго задержался на работе, заказав междугородный разговор с проектным институтом, откуда прислали совершенно негодный проект.

И, замученный переживаниями, очутился в Центральном небесном управлении.

Сонный архангел с кобурой на поясе проверил его документы и пустил в приемную. Там миловидный ангелочек в хитоне из полиэстера с крашенными лондестоном под цвет «Мокко» крылышками обратился к нему суровым начальственным голосом:

— Вы заполнили листок по учету кадров, анкету и форму номер 8765421876498/8? Оформите пропуск.

Затем позвонил по вертушке и сказал:

— Вас примет наш и. о. начальника отдела кадров товарищ Баландин. Пройдите в кабинет А-7648612.

Возле этого кабинета дожидались командного вида души с портфелями и бумагами и сплетничали о начальстве:

— Баландин? Вы не знаете преподобного Баландина?! Его сюда перебросили из ада. Он завалил там работу котельной… Запустил воспитательные мероприятия среди грешников…

В это время раздался длинный телефонный звонок, Кузнецов очнулся и снял трубку:

— Слушаю.

— Проектный институт. С вами будет говорить товарищ Баландин.

— Какой Баландин?

— Наш новый директор Александр Федорович…

С тех пор Кузнецов стал верить в чудеса.