Кандзявые эссе

Секрет запоминания глазного «МОКУ»: МОКнУщие глаза всегда на МОКром месте. Кроме того один из онов кандзи 木 (дерево) тоже «МОКУ», поэтому сама собой напрашивается ещё одна зацепка для запоминания ОНа кандзи «Глаз», зафиксированная в поговорке «в чужом глазу щепку замечает, а в своём бревна не видит». Куда ни кинь, а всюду «МОКУ».

Если же глаз 目 поставить на ножки 儿, то получится любопытный символ 見, который можно озвучить как «иди и смотри».[247]

[見 - Смотреть, видеть КЭН_миру 7 (見 (147) видеть)]

Отсюда и происходит наше с вами 月見 (цукими), причём от «миру» осталось только «ми», но факт этот ни у кого не должен вызывать недоумения. Уже отмечалось, что в образовании слов активно принимают участие не только оны и куны кандзи (куны и оны в том понимании, о котором мы договорились в рамках Кандзявых эссе), но и неизменяемые корневые основы глаголов (ми-ру, ми-мас):

月見 (цукими) - любование луной (луна + смотреть).

風見 (кадзами)[248] - флюгер (ветер + смотреть).

Опыт показывает, что кун «миру» иероглифа 見 не требует каких-либо дополнительных усилий для запоминания, чего, к сожалению, нельзя сказать о его ОНе. Самый простой способ запомнить его - подобрать какое-нибудь хорошо звучащее и легко запоминающееся слово, в состав которого наряду с другими иероглифами входит и кандзи 見. Этим словом может быть, например, 見物 (вещи, на которые смотрят) - экскурсия, осмотр (достопримечательностей), посещение (выставки), произносимое как «кэмбуцу». Отсюда, кстати, легко образуются и посетители всех этих мероприятии: 見物人 (кэнбуцудзин)[249].

Здесь будет полезно ещё раз обратиться к ранее упомянутому иероглифу 勿. Данный знак вместе с символом 牛 (корова)[250] образует кандзи 物 (вещь, предмет), передавая ему свой ОН (иначе говоря, кандзи 勿 (БУЦУ) служит фонетиком для кандзи 物 (БУЦУ)).

[物^* - Вещь, предмет БУЦУ_моно 8 (牛 (93) корова)]

^*) Для запоминания: кандзи 物 входит в состав слова «кимоно» (着物 (одежда) → ТЯКУ_киру_одевать + БУЦУ_моно_вещь → вещь для одевания).

Чтобы эту «вещь» прочно зафиксировать в памяти, представим такую картину: группа японцев (или китайцев) приезжает в Россию (ロシテ) на экскурсию (見物). Их автобус (バス) останавливается посреди огромного живописного поля (田 или 畑), и душа экскурсантов (見物人) замирает от вида, раскрывшегося пред ними в своей фантастической неожиданности: сквозь тучевидные облака с трудом пробиваются лучи (勿) заходящего Солнца (太陽), а на вершине возвышающегося над полем холма (阝) стоит такая вся из себя красивая-прекрасивая корова (美しい牛, уцукусий уси). У экскурсантов замирает дыхание. «ВЕЩЬ! (物)» - восклицают потрясённые до глубины души японцы (日本人) или китайцы (中国人)[251].

[牛 - Корова ПО:_уси 4 (牛 (93) корова)]

水牛 (суйгю:) - буйвол (водяной бык).

牛肉 (гю:нику) - говядина (коровье мясо).

В слове 見物 (кэнбуцу) поменяем местами иероглифы. В результате содеянного на свет появится 物見 (мономи), смысл которого «осмотр», «наблюдатель», «разведчик», «дозорный пост» (наблюдение за вещами). Почему для образования слова 見物 (экскурсия) использованы оны, а для слова 物見 (наблюдатель) куны одних и тех же кандзи? Подсказкой, возможно, послужит то, что «наблюдающий» или «дозорный» - понятия значительно более древние, чем экскурсия...

8.6. НА ГОЛОЙ ВЕТКЕ...

Мацуо Басё в течение нескольких долгих лет работал над своим знаменитым трёхстишием, доводя его образный лаконизм до запредельного совершенства. В результате миру был явлен один из величайших шедевров мировой поэзии:

枯枝に烏の止まりたるや秋の夕暮

К сожалению, Кандзявым эссе не под силу дать даже самый поверхностный анализ творчества великого японского поэта, поэтому ограничимся лишь минимальным иероглифическим разбором его творения.

Нам уже известны некоторые из иероглифов, составляющих знаменитое произведение: 秋 (СЮ:_аки) - осень и 暮 (БО_курэру) - кончаться, предаваться печали. Кроме того, в свое время вскользь был упомянут кандзи 夕 (СЭКИ_ю:бэ) - вечер, ночь, который образует слово (ю:гурэ) - сумерки, вечер.

[夕 - Вечер СЭКИ_ю:бэ 3 (夕 (36) вечер)]

Кандзи 夕 может показаться очень странным. Где здесь, собственно говоря, вечер? А вы попробуйте месяц 月 мысленно скрыть наполовину за левым склоном горы Фудзи. Представили картину? А теперь ещё раз внимательно всмотритесь в иероглиф 夕. Неужели вы всё ещё не прониклись высочайшей поэтикой этого символа?

ОН кандзи «Вечер» можно связать с изгибом месяца, по своей форме схожим с лезвием СЕКИры. Что же касается куна «ю:бэ» (夕べ), то при образовании сложных слов от него зачастую остаётся одно долгое «ю:»: 夕暮 (ю:гурэ) - сумерки, 夕立 (ю:дати) - внезапный ливень (вечер встает).

Итак, «На голой ветке...» Вот только где здесь японская действительность, а где литературное допущение переводчика? Попробуем разобраться.

[枯 - Засыхать, вянуть КО_карэру 9 (木 (75) дерево)]