«Кантокуэн» — «Барбаросса» по-японски. Почему Япония не напала на СССР

Из выступления начальника главного морского штаба Нагано. Количество важнейших военных материалов, включая нефть, сокращается с каждым днем. Это неизбежно ослабляет нашу национальную оборону и может привести к тому, что при сохранении нынешней ситуации возможность Империи вести активные действия будет уменьшаться день ото дня. В то же время оборона военных объектов американцев и англичан, важных районов на Дальнем Востоке, а также военная подготовка этих стран, особенно США, быстрыми темпами усиливаются. Во второй половине следующего года военные приготовления США значительно продвинутся вперед, и нам будет трудно совладать с ними. Поэтому необходимо признать, что для нашей Империи весьма опасно продолжение бездействия, мы с каждым днем упускаем время…

Военно-морские силы, которые Великобритания сможет направить на Дальний Восток, из-за нынешней войны в Европе будут ограниченными. Отсюда следует, что в случае столкновения с американским флотом, учитывая роль авиации и другие факторы, можно быть в большей степени уверенными в нашей победе…

Из выступления Сугияма. По поводу северной проблемы. Я считаю, что пока мы будем вести боевые действия на юге, этот вопрос не должен нас беспокоить. Тем более что с началом германо-советской войны мы усилили нашу подготовку к возможной войне с Советским Союзом и готовы к любым неожиданностям.

В будущем возможно создание коалиции между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Однако в наступающий зимний период крупномасштабные военные операции (на севере) очень затруднительны из-за погодных условий. Даже если Соединенные Штаты и Советский Союз объединят усилия и используют часть своей авиации и подводных лодок, в это время года их боевые возможности будут невелики. Поэтому, если мы воспользуемся зимним периодом и быстро завершим наши военные операции на юге, я считаю, мы сможем в готовности встретить любые изменения на севере, которые могут произойти весной следующего года или в последующий период. С другой стороны, упустив возможности, которые нам предоставляет зимний период, мы не сможем в ходе наших операций на юге обеспечить безопасность на севере.

Наконец, есть еще один вопрос, который я хотел бы особо подчеркнуть. Если мы признаем необходимым начать войну на юге, наша Империя должна немедленно сообщить о своих намерениях Германии и Италии, с тем чтобы иметь соглашение с ними до начала войны и быть уверенными, что Япония, Германия и Италия смогут сотрудничать в достижении общих целей войны. В любом случае мы не должны допустить, чтобы Германия и Италия заключили односторонний мир с Соединенными Штатами и Великобританией. Я считаю это особо важным для ведения войны».

Вслед за одобрением императорским совещанием вышеизложенной программы действий 9 августа 1941 г. был принят документ верховного командования сухопутных сил «Программа операций императорской армии», которым предусматривалось:

— имея в Маньчжурии и Корее 16 дивизий, быть в готовности выступить против СССР;

— продолжать проведение операций в Китае;

— завершить к концу ноября подготовку к войне на юге.

Это был совершенно секретный документ, о содержании которого знал строго ограниченный круг японских руководителей, а именно военный министр, заместитель военного министра, начальник управления по делам армии военного министерства, а также начальник генерального штаба и начальник оперативного управления генштаба. Когда через месяц это решение было официально утверждено на императорском совещании, начальник генерального штаба Сугияма отдал следующее распоряжение: «Отменяется лишь выступление (против СССР) в нынешнем году. Ранней весной следующего года после завершения наступления на юге возможно нанесение удара на севере. Не следует болтать об отмене плана. Надо держать это в секрете. Об этом должны знать лишь немногие в министерствах армии и флота».

Одной из причин такого распоряжения было стремление не допустить ослабления подготовки к нападению на СССР. Демонстрация готовности Японии нанести удар на севере в любой момент должна была быть использована в дипломатических контактах с Москвой с целью добиваться от нее серьезных политических и территориальных уступок. Неохотно соглашаясь с отсрочкой нападения, командование Квантунской армии настаивало, чтобы дипломатические переговоры с СССР велись решительно, японские требования тесно увязывались с обстановкой на германо-советском фронте и выдвигались не по частям, а в полном объеме.

Несмотря на повышенную степень секретности принятых решений, резидент советской разведки Рихард Зорге своевременно добыл благодаря своим японским помощникам эту стратегически чрезвычайно важную для советского руководства информацию. 14 сентября он сообщил в Москву: «По данным источника Инвеста, японское правительство решило в текущем году не выступать против СССР, однако вооруженные силы будут оставлены в МЧГ (Маньчжоу-Го) на случай выступления весной будущего года в случае поражения СССР к тому времени».