Кастанеда. Код иной реальности

Взаимодействие с союзником-Смертью заключалось в том, что я должен был замечать каждое изменение, происходящее в моей повседневной жизни и ритуально проживать его. Словом, все то, что я делал во время покерного чемпионата – только теперь этот опыт будет происходить в течение нескольких дней. Я мог занимать свое время какими угодно делами, главное, чтобы я ни на секунду не забывал о наблюдении за тем, что изменилось. Мы договорились, что в конце каждого дня я буду давать Кастанеде краткий отчет о прожитых сутках (потому что задание распространялось и на ночное время), и если что-то пойдет не так, он меня поправит. При этом Карлос приказал не строить планы, а полагаться на интуицию и больше доверять спонтанным решениям – так я позволю моему союзнику действовать.

– Да, собственно, планы строить особо и не нужно, – сказал я. – Первый и последний раз я был в Милуоки еще в детстве, так что этот город мне, в общем-то, незнаком. Я собираюсь познакомиться с ним – думаю, на этом пути меня ждет немало того, что можно пережить как ритуальную смерть.

Кастанеда одобрил это решение. Но у меня к нему был еще вопрос. Я не знал, что мне делать с многократно увеличившейся наличностью. Наилучший выход я видел в том, чтобы отдать их Кастанеде и забыть об этих деньгах как о кошмарном сне. Я не мог признать их своими: они достались мне странным путем, и мне казалось, что ничего, кроме неприятностей, ждать от них нельзя. Но Карлос снова отказался от денег и снова подчеркнул, что эти деньги принадлежат мне – мне и решать, что с ними делать. Ловенталь, разумеется, сразу же вспомнил о своем африканском фонде. Я был не против. До закрытия банков оставалось еще часа два, так что можно еще сегодня перевести их на счет фонда. Мы уже собирались расходиться … но тут я увидел своего союзника. Темная фигура склонилась у барной стойки, повернув голову в мою сторону. Я почувствовал, как она смотрит мне в спину; еще не обернувшись, я уже прозревал ее образ и склоненную позу. Бросив короткий взгляд через левое плечо, я воочию увидел очертания темной фигуры. Союзник снова показался мне. Он явно хотел меня о чем-то предупредить.

– Ты его видишь? – спросил Кастанеда.

– Да. А ты?

– Нет, – ответил Карлос. – Это же твой союзник, и никто, кроме тебя, не может заметить его. Твоя точка мира сместилась именно так, как это бывает при появлении смерти. По этой примете я и понял, что твой союзник рядом. Это знак, Яков. Ты уже знаешь, о чем он предупреждает тебя?

– Да, – я повернулся к Ловенталю. – Тед, прости, но эти деньги я не отдам в твой фонд.

Лицо Теда сразу же сделалось таким, словно он вот-вот расплачется.

– Почему, Яков? Тебе же все равно, что делать с этими деньгами! – он и в самом деле чуть не плакал.

– Не знаю, Тед, – ответил я. – На самом деле не знаю. Но эти деньги вам давать нельзя.

– Отчего нельзя? – это был вопрос Кастанеды.

– Оттого что они полны силы. Джон в этом не ошибся. Хотя он и сосисочник. Деньги Силы нельзя отдавать туда, где нет Силы. – Я произнес это, и испугался. Это не была моя мысль. Кто-то другой сказал это за меня.

– Да где же и есть Сила, как не в нашем национальном парке? – взорвался Тед. – Мы же пытаемся сохранить ее! Мы собрали там остатки племен колыбельных цивилизаций, чей уклад жизни не менялся на протяжении тысячелетий! Именно у нас – истоки Силы! Если эти племена погибнут, человечество вообще забудет, откуда оно родом. И вот тогда-то и наступит конец света. Как ты этого не понимаешь, Бирсави? Тебе показалось, что за барной стойкой кто-то стоит? – эка невидаль! – и ты считаешь это достаточной причиной отказывать нам?

– Успокойся, Ловенталь, – устало отмахнулся я. – Вернемся в Нью-Йорк – я лично похлопочу, чтобы твой фонд включили в число наших благотворительных программ.

– Знаешь, сколько я слышал таких обещаний? – Тед впал в истерику. – Вам, банкирам, верить нельзя! Такие, как ты, дают деньги или сразу, или никогда…

– Я даю тебе слово при свидетелях, – твердо сказал я. – Фонд без финансирования не останется. Но эти деньги ты не получишь. Разговор окончен.

Ловенталя затрясло. Касси приобняла его и стала успокаивать. Мне было не по себе. Я понимал, что веду себя непоследовательно, но у меня было четкое ощущение, что поступаю совершенно правильно. Только объяснить толком это я не мог. Мне на помощь пришел Кастанеда.

– Все верно, Тед, – мягко сказал он, – у вашего проекта действительно нет Силы. А значит, нет и будущего, потому что там, откуда уходит Сила, воцаряется небытие. Вкладывать в него деньги, наполненные энергией созидания – значит, тратить Силу понапрасну. Этого маг не может позволить себе ни при каких обстоятельствах. А Яков сдержит свое обещание, и вы получите от банка необходимые средства.

– Но я не понимаю, почему вы оба утверждаете, что там нет Силы? – Ловенталь чуть успокоился.

Я не мог ответить на его вопрос: мне это и самому было неизвестно.