Кастанеда. Код иной реальности

Человек дышит не только через нос или рот. Дышит все его тело, вся поверхность кожи. И все же основную порцию кислорода мы получаем именно через органы дыхания. Но если кожа получает меньшую порцию, это не значит, что ее нельзя увеличить. Маг умеет увеличивать эту порцию настолько, что может совсем останавливать носоротовое дыхание. Вы не будете останавливать это дыхание, вы просто научитесь перераспределять вдыхаемый воздух так, чтобы через нос и рот в организм попадало 30 % кислорода; остальные 70 достанутся вашей коже.

* * *

Кастанеда хлопнул в ладоши, и его ассистентки принесли нам гимнастические коврики. Мы улеглись на спину и по команде Карлоса стали расслаблять разные группы мышц, одновременно выполняя практику осознавания действий. Это было легко: Кастанеда называл, что расслабляется в данную минуту, и нам оставалось только проговаривать его слова про себя.

Порядок расслабления:

• Поверхность стоп

• Пальцы ног

• Стопа до щиколотки

• Икры

• Голени

• Колени

• Внутренняя и внешняя поверхность бедер

• Ягодицы

• Гениталии

• Поясница, живот

• Грудь

• Ладони, руки, плечи

• Шея

• Челюсть, щеки, лоб, глаза.

Я по жизни человек достаточно напряженный, не могу расслабиться даже после изрядного количества алкоголя. Я боялся, что у меня не получится полного расслабления тела, и от этого практика дыхания не выйдет. Но расслабиться под присмотром Кастанеды было очень легко. Как только я сосредоточивал свое внимание на каком-то отделе тела, как оттуда сразу уходило напряжение. Так что в конце упражнения я был полностью расслаблен.

– А теперь чуть-чуть приоткройте рот дышите смешанным дыханием, – раздался негромкий приказ Карлоса. – Вдыхайте одновременно через рот и нос. Старайтесь, чтобы порция воздуха была одинаковой. Вдох и выдох должен совпадать с пульсацией сердца.

Мое сердце билось учащенно, и поэтому вдохи-выдохи были достаточно коротки. В какой-то момент мне стало казаться, что я лежу на тонком плоту посреди озера, поверхность которого колышет мелкая рябь. И это озеро качает меня – в ритме моего сердца. Это качание овладело всем моим телом, это было восхитительное ощущение, сродни полету. Тело будто обрело невесомость. Я старался не упустить это ощущение, но скоро понял: что бы я ни делал, оно не уйдет от меня. Я поймал волну – или волна поймала меня? Я стал осознавать, и во время этого осознавания ко мне пришло постижение того, что волна, качающая меня – мое дыхание. Так дышит моя кожа. А что же рот и нос? Я сосредоточил свое внимание на них и с удивлением понял, что они почти не дышат. А если перестать дышать носом и ртом? Я закрыл рот и остановил носовое дыхание. Волна не исчезла, а усилилась. Теперь меня несли не спокойные озерные воды, а волны бушующего моря. Но мне это нравилось. И я знал, что это безопасно: тело получает столько кислорода, сколько ему требуется, и даже больше. Не знаю, сколько времени это продолжалось, но когда Кастанеда тихо позвал меня по имени, мне чудилось, что я – легкокрылый фрегат, летящий по бурным волнам навстречу рассвету.

Открыв глаза, я увидел, что все остальные всё еще остаются в медитации. Я вопросительно посмотрел на Кастанеду, но он не ответил, лишь подал знак – «объясню позже, а сейчас не мешай остальным».

* * *

Снова погрузиться в медитацию дыхания Карлос мне не позволил, и я еще минут двадцать ждал, пока группа прекратит практику. После этого мы, как всегда, делились своими ощущениями. Они были почти одинаковы у всех. Я заметил, что после этой практики лица моих согруппников горят румянцем. Я потрогал свои щеки: они тоже были горячими.

– Как после прогулки в лесу, – я пришел в восторг.

– Я же говорил вам: когда вы позволяете вашей коже поглощать большую порцию воздуха, циркуляция кислорода в крови усиливается. Отсюда и румянец, который является признаком того, что ваше внутреннее тепло повысилось. У кого-нибудь есть сигареты? – спросил он.

Касси вытащила из сумочки пачку «Вог».

– Раскури, – приказал Кастанеда.

(То, как она это сделала, повысило внутреннее тепло мужской половины группы не хуже, чем практика ограниченного дыхания.)

Карлос взял у нее сигарету, затянулся и прижал горящий кончик к внутренней стороне запястья. Спустя несколько секунд он показал нам запястье: кожа была абсолютно чистой, без всяких следов ожога. Затем он пустил сигарету по кругу: все делали затяжку и прижигали кончиком кожу. Никто, в том числе и я, не чувствовал боли или хотя бы жара. У меня было ощущение, что сигарета вообще не горит. Будь мои глаза закрыты, я бы так и подумал. Но кончик светился красным, над ним вился легкий дымок.

Наконец эта своеобразная «трубка мира» вернулась к Кастанеде.

– Сейчас я погашу свой внутренний жар, и вы увидите, что будет.