Катастрофа в Восточной Пруссии. Августовское сражение 2-й русской армии в 1914 г.

Штаб армии, только что переехавший в Нейденбург, оставался там же.

Командование и штаб 2‑й русской армии отдали директиву, ни в какой мере не отвечающую обстановке. Этой директивой три корпуса нацеливались на фронт Алленштейн, Остероде, т.е. в незанятое противником пространство. Наступавшие корпуса, таким образом, маршировали бы по коридору между восточной и западной группами 8‑й герм. армии, которым предоставлялась возможность ударить в оба фланга этих корпусов.

Приведенная выше директива была отдана, исходя из предвзятых взглядов фронтового командования, не критически воспринятых армейским командованием, о воображаемом отходе немцев к Висле или за Вислу. Это также свидетельствует о плохой постановке разведывательной службы в штабе 2‑й армии. Данная директива явилась роковой для всего последующего хода и исхода операции. Правда, войска армии ее не выполняли и не выполнили, но они могли выполнить любую другую по оперативному замыслу директиву, которая поставила бы корпуса армии в иное положение. Ген. Мартос в разговоре по телефону с ген. Постовским отказался выполнить эту директиву, поставив резко вопрос об отмене ее или удалении его с должности командира 15‑го арм. корпуса.

2. Соотношение сил в центре и на южных флангах армий 27 августа

27 августа на фронте Гогенштейн – Уздау – Лаутенбург русские имели: 15‑й корпус, 2‑ю пех. дивизию, 1‑й корпус без двух полков, два полка 3‑й гвард. пех. дивизии и три полка 1‑й стр. бригады (полки двухбатальонного состава)[90], 6‑ю и 15‑ю кав. дивизии[91], а всего 74 батальона, 48 эскадронов и 294 орудия.

На этом фронте немцы развернули: ландверную дивизию Гольца, 3‑ю рез. ландв. дивизию Унгера, 20‑ю ландв. бригаду, 20‑й арм. корпус, 1‑й арм. корпус и 5‑ю ландв. бригаду, а всего 98 батальонов, 40 эскадронов и 470 орудий, из них 126 тяжелых. По соотношению сил немцы превосходили русских почти на 200 орудий, в том числе почти на 100 орудий тяжелых калибров и на 24 батальона пехоты.

Немцы имели преимущества в том отношении, что располагали огромными, почти неограниченными запасами огнеприпасов, в то время как у русских, кроме возимых огнеприпасов, частью уже расстрелянных, ничего не было, и трудно было рассчитывать на получение их вследствие оторванности от станций снабжения и неорганизованности подвоза.

3. Действия в центре армий 27 августа

Боевым действиям войск обеих армий 27 августа предшествовала не лишенная интереса деятельность частных начальников, призванных в центре армий выполнять директивы армейского командования, не соответствовавшие сложившейся обстановке. Предписанные сверху движения и действия русских и германских войск подверглись резкому изменению в корпусных инстанциях, а затем и в дивизиях. Поэтому войска делали совсем не то, чего требовало от них командование обеих армий.

а) Решение командира 15‑го русского корпуса ген. Мартоса

Вечером 26 августа командир 15‑го корпуса ген. Мартос получил донесения о поражении 2‑й бригады 2‑й пех. дивизии, а также донесения 6‑й пех. дивизии о завязке боя 22‑м Нижегородским пех. полком у Мюлена и остановке колонны ген. Торклуса (6‑й пех. дивизии) в районе Паульсгут и донесение авиаразведки, установившей оборонительную полосу на р. Древенц. Ввиду этого ген. Мартос приказал: 8‑й пех. дивизии – с утра 27 августа повернуться на запад и повести наступление в направлении на Дробниц, 6‑й пех. дивизии атаковать в направлении Мюлен с целью прорвать оборонительную полосу немцев. Командиру 2‑й пех. дивизии ген. Мингину было послано приказание, написанное в резком тоне, с упреком за действия 26 августа и с требованием поддержать наступление корпуса на его южном фланге. Кроме того, ген. Мартос обратился с просьбами к командующему армией и командиру 13‑го корпуса ген. Клюеву направить часть сил 13‑го корпуса на Гогенштейн с тем, чтобы освободить свои войска для атаки укрепленной позиции немцев на фронте севернее Мюленского озера.

На рассвете 27 августа войска 15‑го корпуса развернулись: 1‑я бригада 8‑й пех. дивизии – у Грислинена, 2‑я бригада – у Гогенштейна, 6‑я пех. дивизия развернулась на фронте Кёнигсгут, Паульсгут, Гансхорн.

б) Решение командира 20‑го германского корпуса ген. Шольца

Вечером 26 августа командир 20‑го герм. корпуса генерал Шольц считал, что под Мюленом и севернее него расположены два русских корпуса, а между тем приказ командующего армией требовал, чтобы 20‑й корпус вел наступление всеми силами корпуса от Мюлена на восток, а также частью сил поддержал наступление 1‑го арм. корпуса на Уздау ударом с севера.