Кавказский роман. Часть II. Восхождение

Стоя на перроне и глядя на проплывающие мимо вагоны, Гейдар поймал себя на том, что волнуется, как будто пришёл встречать своих родственников, а не родню начальства. Когда в окне седьмого он увидел улыбающееся лицо молоденькой белобрысой девчонки, он сразу понял: «Это она». Когда Марина, в майке и шароварах, выпорхнула из вагона и прижалась к отцу, Гейдар убедился: «Действительно прелесть». Была она высокая, тоненькая, загорелая, с выцветшими на южном солнце волосами, сплетёнными в две косички, и с миловидным личиком. Было в командирской дочке что-то нездешнее, отличавшее её от остальных девушек. «Где такие беленькие водятся?» – удивился Гейдар, не имея сил оторвать взгляд от этого милого создания. Пока шли до машины, а потом ехали в часть, мать с дочерью наперебой рассказывали отцу о южных впечатлениях, о Москве и оставшейся там родне. Щебетала в основном жена командира – маленькая круглая женщина в соломенной шляпке, а дочка дополняла рассказ матери остроумными репликами и комментариями. Разговоры были достаточно откровенными, и Гейдару неловко было от мысли, что они совсем не стесняются его присутствия. Его как будто не было с ними рядом. За всю дорогу он ни разу не поймал на себе даже мимолётного взгляда Марины. Это задело его, и он вспомнил Сашкину присказку: «Курица не птица, солдат не человек». Его заметили только тогда, когда он, поставив чемоданы под вешалкой командирской квартиры, обратился к полковнику:

– Разрешите идти?

– Да, забыл представить, – спохватился командир, – мой водитель Гейдар.

– Вы с Кавказа? – любезно поинтересовалась его жена.

– Так точно, – отчеканил Гейдар, заметив, как дочка скользнула по нему равнодушным взглядом.

– То-то, я смотрю – усы, – сказала мать без всякого выражения и тут же, отвернувшись от Гейдара, заговорила о другом.

– Иди, Гейдар. Проверь ещё раз машину. Завтра утром едем в город, – отпустил солдата командир.

Весь остаток дня Гейдар пребывал в каком-то томительном ожидании. Непрерывно поглядывая из открытых ворот гаража на дом, в котором жил командир, он хотел опять увидеть эту беленькую, так поразившую его девушку. «Это, наверное, потому, что у нас на Кавказе таких нет, вот и хочется ещё раз взглянуть», – успокаивал он себя. Однако ни во дворе, ни в окнах командирской квартиры Марина так и не показалась. Вечером на обычный вопрос соседей, скучавших за забором части, был ли он в городе, Гейдар неожиданно для себя ответил:

– Был, встречал семью командира.

– Говорят, у него дочка есть? – оживился Генка.

– Есть, да не про нашу честь, – отозвался со своего места Игорь. – Они перед самым летом из Венгрии приехали и сразу укатили на юг. Я её пару раз видел. Соплячка ещё, а уже с гонором, хотя и ничего особенного.

– Что, правда? – повернул к Гейдару конопатое лицо Генка.

– Нормальная девчонка, – ответил Гейдар и вдруг понял, что покраснел. – В десятый класс пойдёт, командир говорил.

– Белобрысая и на отца похожая. Мне такие не нравятся, – настаивал Игорь. – Женщина должна быть яркой и весёлой.

– Как жена лейтенанта Сомова, – раздался голос писаря Борьки.

– А хотя бы такая, – ответил с вызовом завклубом, – что, жаба давит?

– Да нет, просто думаю, что тебе неймётся? Хочешь, чтобы назад в Сибирь сослали?

– Не суй свой нос в чужой вопрос, – ответил Игорь с кровати и сердито отвернулся к стене.

Гейдар, никогда не прислушивавшийся к болтовне соседей, понял, однако, о чём идёт речь, так как сам был свидетелем тёплых отношений Игоря с красивой, яркой женой лейтенанта Сомова. Однажды ему пришлось возить Игоря в город за новым кинофильмом для солдатского клуба. С ними напросилась офицерская жена, которой тоже надо было в город. Всю дорогу в город они болтали как равные, и из этой болтовни Гейдар узнал, что Игорь учился в театральном училище и уже играл эпизодические роли на местной сцене.

– Так ведь у вас была бронь до окончания учёбы? – удивлялась Мила (так звали попутчицу).

– Была, но ничто не вечно под луной, – загадочно отвечал Игорь бархатным голосом.

– Что, провинились? – не унималась Мила.

– Да. На какие жертвы не пойдёшь ради прекрасных дам? – кокетничал Игорь, подогревая интерес соседки.

– Ой, как интересно, расскажите, очень люблю романтические истории.

– Увы! Это не только моя тайна, а чужие секреты я не выдаю, – томно отвечал Игорь, после чего их беседа перешла на обсуждение последних кинофильмов.

Когда приехали в город, Игорь, воспользовавшись отсутствием Милы, которая забегала в магазин за какой-то мелочью, попросил Гейдара:

– Слышь, друг, одолжи десятку до зарплаты и подожди нас вон у того кафе. – Увидев удивлённый взгляд Гейдара, добавил: – Надо к даме внимание проявить, настроение поднять. А хорошее настроение жены – это хорошее настроение командира, правильно я говорю?

– Но ведь нам надо в часть возвращаться, – вместо ответа сказал Гейдар.

– Рядовой Уламов, выполнять приказания старшего по званию, – весело ответил завклубом. – Не жмись, давай десятку. В части скажем, что фильм долго не давали, да и много ли на две наши десятки насидишь в кафе? – сказал он, уже слезая с подножки машины.