Читаем Кельтская Шотландия полностью

Дункан оставил сына Вильгельма, но тот или еще не вышел из младенческого возраста, или вообще родился после гибели своего отца. Дональд Бан практически беспрепятственно надел корону: его племянник Эдмунд все еще поддерживал с ним союзнические отношения. Брат Эдмунда Этельред, ярл Файфа и аббат Данкелда, скончался приблизительно в это же время. Другой его брат, Эдгар, был еще юношей, а два оставшихся брата были еще детьми. Опекуны отослали их с сестрами в Англию. Дональд Бан сохранял власть над страной 3 года, и все это время его соправителем был Эдмунд. Это все, что мы знаем.- Последний, возможно, получил титул принца Южной Шотландии, которая все еще считалась скорее уделом или колонией, чем составной частью Шотландского королевства. А может быть, он правил шотландской Англией, где должны были приветствовать сына английской принцессы. Во всяком случае, именно на такие части Шотландия была разделена несколько позже.

Больше о правлении Дональда Бана нам ничего не известно. Однако в это же время в Европе происходили события, завершившие переход к подлинному Средневековью, — мы имеем в виду великое международное движение Первого крестового похода. Пока Святые Места Палестины находились во владении Римской империи и Византии, паломники не встречали на своем пути никаких помех. Даже мусульманское завоевание не изменило положения дел: арабы считали Иссу бен Юсуфа, Иисуса сына Иосифа, великим пророком. На протяжении четырехсот лет со времени падения Иерусалима число христианских паломников только увеличивалось. Еще в 1064 г., в правление Малькольма III, только одна группа паломников состояла из 7000 человек. Но в это время арабов начали теснить турки-сельджуки. В 1076 г. они взяли Иерусалим, закрыли его для христиан и угрожали Константинополю, бастиону Европы. На протяжении жизни одного лишь поколения они захватили и опустошили Малую Азию и основали на этом полуострове свое государство — Роум, столица которого, Никея, находилась менее чем в 100 милях от Босфора.

Император Алексей обратился за помощью к Западу. Самой влиятельной силой, на помощь которой могла возложить свои надежды Византия, была Католическая Церковь, возглавляемая Папой Григорием VII. Алексей не принадлежал к ней, но мог обратиться с воззванием, ибо осквернение Святых Мест Палестины одинаково касалось и католиков, и православных. Григорий VII умер, не успев ответить на призыв, но его энергичный французский преемник Урбан II взялся за это дело. В 1095 г., когда Дональд III только укреплял свои позиции, Урбан II произнес проповедь перед Клермонским Собором, призвав всех христиан на Священную Войну. Эта проповедь тут же встретила грандиозный отклик. Папа проповедовал крестовый поход, обращаясь к чувствам всех христиан и провозгласив главной целью возвращение Святых Мест под власть Церкви, но в основе народного отклика лежало ощущение, что Европа и христианство вновь оказались перед лицом опасности (так и было на самом деле), что вот-вот вернутся ужасные времена вражеских нашествий, под знаком которых прошли IX и X вв. Тысячи людей приняли крест. Это было народное движение — движение всех народов, но в особенности французского. Короли не играли в нем никакой роли. Император Священной Римской империи и король Франции были отлучены от Церкви и в любом случае не располагали той властью, какая была в руках их крупнейших вассалов. Короли Испании вели свой местный непрерывный крестовый поход. Короли Скандинавии и король Англии не проявляли никакого интереса к этим вопросам, а король Шотландии защищал свой ненадежный трон. Тем не менее, в поход отправились брат короля Филиппа и Роберт Нормандский с маркизом Прованса и Годфридом Бульонским, герцогом Нижней Лотарингии. Европа двинулась на восток.

Это было странное предприятие, ведь его предводителей объединила лишь единая цель, воодушевлявшая их войска. Крестоносцы прибыли в мусульманские земли только в 1097 г., и только в июле 1099 г. после отчаянных боев Иерусалим пал. Королем Иерусалима стал Годфрид, хотя он не использовал этот титул и не носил своей короны там, где терновым венцом был увенчан

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное