КГБ был, есть и будет. ФСБ РФ при Барсукове (1995-1996)

Тандем «Лебедь — Коржаков» может стать весьма опасным. Особенно, если двум тёзкам удастся установить прочный контакт с группировками ВПК».[1115] Писали, что материалы, которые использовал заместитель Коржакова — Рогозин, затем были переданы генералу Лебедю.[1116]

Лидером стал бы десантный генерал. 24 сентября 1996 года газета «Комсомольская правда» появилась и интервью Коржакова, который на вопрос о том кто способен сменить Ельцина на посту президента, коротко ответил: «Лебедь».[1117]

«Альянс Лебедя и Коржаковым, о котором много говорили, мог оказаться очень мощным — в смысле взрывоопасным. У генерала Лебедя была прочная репутация честного и неподкупного борца за справедливость. У генерала Коржакова — слава держателя компромата на действующих и недействующих политиков.[1118] Эффект в случае объединения этих двух образов в один в ходе президентской кампании мог оказаться посильнее «Фауста» Гёте».

[1119]

Действующий генерал публично поддержал уволенного на выборах в Госдуму, которые нужны были последнему, чтобы подстраховаться от возможного ареста. А заодно и получить хоть какое-то моральное удовлетворение от президентского унижения.

Президент РФ выразился кратко: «Что этот, понимаешь ли, что тот…». Похоже, что Александр Иванович сам шёл на конфликт, понимая, что иного выхода как уйти ярко у него не было.

Поэтому поводу Игорь Олейник считал: «Последнее слово в этом жёстком диалоге продиктовал именно Лебедь, „сняв“ со своей отставки немалый политический капитал…Генерал навязал секретарю обкома личное соревнование в „крутизне“ политической игры».[1120]

14.15.5.

Однако перед отставкой произошёл ещё один конфликт в окружении больного президента. Позже Ельцин напишет: «Подмяв под себя Министерство обороны (по его требованию я уволил семь(!) заместителей Грачева и назначил министром генерала Игоря Родионова), Александр Иванович на этом не остановился. Начал атаку на Министерство внутренних дел, на министра Куликова».[1121] Первым её начал Лебедь, обвинивший Куликова в измене интересов России в Чечне.[1122]

Куликов понял, что ему необходимо переходить в контратаку. «16 октября министр МВД генерал Куликов заявил, что Лебедь создаёт 50-тысячный „Русский легион“, и на следующий день Ельцин снимает Лебедя со всех его постов».[1123]

Но это, что называется, краткие новости. Более подробно ситуация выглядела так. Генерал Куликов провёл экстренную пресс-конференцию в апартаментах МВД. И пошла информация: «В распоряжении МВД имеются оперативные данные, свидетельствующие о сговоре Лебедя с чеченскими сепаратистами. В частности, Александру Ивановичу обещали подбросить 1, 5 тысячи боевиков для прихода к власти в Москве.

Вспомнил генерал Куликов и непрозрачные намёки о недееспособности Президента, сделанные ему секретарём СБ во время первых рабочих встреч,[1124] попытки Лебедя под видом решения чеченского кризиса подчинить себе Вооружённые силы и МВД.

На одной из встреч с силовыми министрами Александр Иванович предложил создать 50-тысячную резервную группировку войск — так называемый «Российский легион».

Подчинить легион предполагалось Президенту, но непосредственное оперативное управление должен осуществлять сам секретарь СБ.[1125]

Силовые министры получили распоряжение от Лебедя о прикомандировании к СБ группы офицеров для создания координационного штаба…

Вывод из всего выше сказанного, по мнению генерала Куликова напрашивается один: Александр Лебедь готовится к государственному перевороту».[1126]

Что же своя логика на первый взгляд есть. «…Перевороты всегда и везде совершают военные. Потому мы так их и называем — военные перевороты», — писал Виктор Суворов.[1127]

Если разговор о перевороте достаточно сложен,[1128] то слова о полутора тысячах чеченских боевиков говорят либо о предательстве Лебедя (и тогда его нужно судить) либо об ошибке говорящего (и тогда Куликову нужно было бы потом извиниться). Но наиболее вероятно, что речь идёт о политической демагогии, когда о правде или неправде не думают, а подсчитывают только политическую целесообразность.

Интересно отметить, что по политической технологии поведение Куликова в октябре 1996 года так здорово похоже на поведение Чубайса в июне того же года (см. пункты 14.11.6. — 14.11.7. настоящей книги). Сходство невольно наводит на мысль о том, что и летом и осенью 1996 года обе пресс-конференции только формально проводились для журналистов, на самом деле они предназначались для других, точнее вообще одного человека — Бориса Николаевича Ельцина. И там и там Президент РФ ставился перед скандалом и необходимостью выбора между двумя конкурирующими лидерами. Только Чубайс с его отсутствием авторитета среди населения в роли затравщика не подходил, Куликов был более подходил для этой роли.