Холодный дом (главы I-XXX)

- Ха-ха! Продолжайте! - говорит мистер Джордж.

- Любезный друг!.. До чего эта ваша сабля острая; и блестит ужасно. Как бы случайно кого-нибудь не порезала. Меня прямо дрожь берет, мистер Джордж... Будь он проклят, - говорит достойный старец, обращаясь к Джуди, когда кавалерист отходит на два-три шага в сторону, чтобы положить палаш на место. - Ведь он мне деньги должен - чего доброго, еще вздумает свести со мной счеты в этом разбойничьем вертепе. Вот бы притащить сюда твою зловредную бабушку, - он бы ей отбрил голову долой.

Мистер Джордж возвращается и, скрестив руки, смотрит сверху вниз на старика, сползающего все ниже и ниже в своем кресле, и, наконец, говорит:

- Ну, теперь начнем!

- Хо! - кричит мистер Смоллуид, потирая руки с хитрым кудахтающим смешком. - Да. Теперь начнем. Но что же мы теперь начнем, любезный друг?

- Курить трубку, - отвечает мистер Джордж и, невозмутимо придвинув свой стул к камину, берет с его решетки трубку, набивает ее, разжигает и спокойно начинает курить.

Это весьма смущает мистера Смоллуида, которому так трудно перейти к цели своего визита, какая б она ни была, что он приходит в бешенство и украдкой в бессильной злобе загребает когтями воздух, обуреваемый страстным желанием расцарапать и разодрать лицо мистеру Джорджу. А когти у достойного старца длинные и твердые, как свинец, руки тощие и жилистые, глаза зеленые и слезящиеся, и, хуже того, - загребая когтями воздух, он совсем съеживается в кресле и превращается в бесформенный узел тряпья, приобретая вид столь жуткий даже для привычных глаз Джуди, что эта юная дева налетает на дедушку и так его трясет в пылу не одной лишь родственной любви, но и кое-каких других чувств, так разминает, так тычет кулаком в различные части его тела и особенно, выражаясь термином, принятым в науке самозашиты, "под ложечку", что в горестном расстройстве своем он невольно начинает издавать звуки, похожие на стук трамбовки.

Но вот Джуди, наконец, удается усадить его в кресле, и он сидит с побелевшим лицом и посиневшим носом (но не переставая загребать воздух когтями), а она, протянув руку, тычет сухоньким указательным пальцем мистера Джорджа в спину. Кавалерист поднимает голову, Джуди тычет пальцем в своего уважаемого дедушку и, побудив их таким образом возобновить разговор, впивается жестким взглядом в огонь.

- Да-да! Хо-хо! У-у-у-х! - бормочет дедушка Смоллуид, подавляя бешенство. - Любезный друг мой! - И он снова загребает воздух когтями.

- Вот что я вам скажу, - говорит мистер Джордж. - Если хотите со мной побеседовать, говорите начистоту. Я простой солдат - человек неотесанный и не умею ходить вокруг да около. Не научился этому искусству. Недостаточно умен для него. Мне оно ни к чему. А вы все только крутитесь да вертитесь вокруг меня, - продолжает кавалерист, поднося трубку ко рту, - и будь я проклят, но мне чудится, будто меня душат!

И он вбирает в свою широкую грудь как можно больше воздуха, словно хочет удостовериться, что еще не задушен.

- Если вы приехали по-дружески навестить меня, - продолжает мистер Джордж, - я вам очень признателен - добро пожаловать! А если вы явились проверить, имеется ли у меня дома имущество, или нет, - проверяйте, не стесняйтесь. Желаете сказать мне что-нибудь - говорите!

Цветущая красавица Джуди, не спуская глаз с огня, понукает дедушку грубым тычком.

- Вот видите! Она со мной согласна! Но какого черта эта молодая особа не хочет присесть, как полагается, - говорит мистер Джордж, обратив недоуменный взгляд на Джуди, - понять не могу.

- Она от меня не отходит, чтобы прислуживать мне, сэр, - объясняет дедушка Смоллуид. - Я человек старый, дорогой мистер Джордж, мне уход нужен. Правда, я еще крепок для своих лет - не то что какая-нибудь зловредная попугаиха, - он рычит и по привычке ищет глазами подушку, - но за мной нужен присмотр, любезный друг.

- Ладно! - говорит кавалерист, повернув свой стул, чтобы лучше видеть лицо старика. - Что же дальше?

- Мой друг в Сити, мистер Джордж, дал небольшую сумму в долг одному из ваших учеников.

- Вот как? - отзывается мистер Джордж. - Очень жаль.

- Да, сэр. - Дедушка Смоллуид растирает себе ноги. - Это бравый молодой военный, мистер Джордж, его фамилия Карстон. Впоследствии явились его друзья и благородно заплатили за него сполна.

- В самом деле? - говорит мистер Джордж. - А как вы полагаете, ваш приятель в Сити захочет выслушать добрый совет?

- Полагаю, что да, любезный мой друг. Если это вы желаете дать ему совет.

- Так вот, я советую ему не вести никаких дел с этим человеком. Тут ничего больше не высосешь. Насколько мне известно, молодой джентльмен промотался.