Хорошо посидели!

Злые кандалы

Кандалами скован, цепь обвила грудь. Не гадал я снова широко вздохнуть. Сделать шаг свободно, спать спокойно ночь, Но судьбе угодно мне теперь помочь.Дорогие ручка, как они малы, А смогли раскинуть злые кандалы. Чуть они погладят, нежно обоймут, Цепи мне не давят, обручи не жмут.Дорогие глазки, как они светлы. Глядя в них, забыл я злые кандалы, Всю свою недолю, горечь всех обид, Нудный и тяжелый каторжный свой быт.Дорогие губки, как они теплы. Даже вы согрелись, злые кандалы! Ведь не даром в жилах кровь распалена, Знаю, полюбила, милая, она.Будет тяжело мне расставаться с ней. О себе напомнят, врежутся больней, Злее, чем доныне, вдвое тяжелы, Обручи стальные, злые кандалы.Октябрь 1952 г.

Упреки разума

Как хорошо тому, кто верит богу, Он лишний раз себя перекрестит, Горячею мольбой уймет свою тревогу, Спокойно веруя, что кто-то там простит.А мне покоя нет — душа бездонный ледник И некого просить: «Прости меня, прости». Я сам себе судья и сам свой исповедник, А от себя куда же мне уйти.Нет! Над самим собой не просто в роли бога.А общий божий труд — судить людское зло?Грехов не счесть, людей до черта много.И всех перепрощать — безбожно тяжело.Ерцево. 1953 г.

Мираж

Все песок, да песок повсюду, И небес обесцвеченный зонт.С каждым медленным шагом верблюда Отступает на шаг горизонт. Словно вечность от шага до шага, Как котел голова горяча, Иссякает последняя влага, Соляная верблюжья моча. Кипятком наливаются жилы, Солнце жжет через пленку одежд, Испаряя последние силы И последние капля надежд. Только вдруг, за равниной песочной Контур города — зыбкий, как сон, Чуть, едва, синевою молочной На небесною гладь нанесен. Нет, не бред! И не сонная небыль! Пусть мираж! Это добрая весть: Если что отразилось на небе — На земле оно подлинно есть!Январь 1954 г.

Студент-заочник

Жил да был студент-заочник(Пожилой уже),Изогнувший позвоночникВ долгом зубреже.Он сидел, корпел, как в бурсе,Потом лоб мочил.Все искал он в «Кратком курсе» —Маркс чему учил?Выяснял он так безбожно Истины одне:«Ну так можно, иль не можно,Чтоб в одной стране?»Раз, однажды, он, привычноПо строкам скользя,Взял и понял преотлично,Что никак нельзя.И тогда студент-заочникСвесил петлю вниз,Вдел в нее свой позвоночник,Прыгнул и повис.Декабрь 1952 г.