Читаем Хоть в СМЕРШ, хоть в штрафбат! Оружие Возмездия полностью

Бросив трубку на рычаг аппарата, я в волнении встал с кровати и, словно загнанный зверь, несколько минут ходил из угла в угол – пытаясь взять себя в руки. Немного успокоившись, сел на табурет к столу у окна и глубоко задумался…

Нет это не была очередная любовная интрижка со смазливой официанткой: дело обстояло гораздо серьезней. Снова дали знать о себе мои новые «хозяева» из американской разведки, черт бы их побрал!

Янки завербовали меня ровно два месяца назад, в середине декабря 44-го. Тогда, в числе других командос из спецподразделений Скорцени, я участвовал в диверсионном рейде по тылам союзников во время знаменитого Арденского наступления. Мне не повезло: возглавляемый мною отряд попал в ловушку, и я оказался в американском плену. Там меня подробно допрашивал некий майор Анненский из УСС («Управления стратегических служб» – американской разведки, руководителем которой в Европе являлся небезызвестный Ален Даллес). Итогом этих «бесед» была поставленная передо мной недвусмысленная альтернатива: расстрел или согласие на вербовку. Таким образом, я стал «двойным агентом»: янки дали мне агентурную кличку «Пилигрим», снабдили устными инструкциями и паролем для связи. Они же оперативно перебросили меня назад через линию фронта. Немцы так ничего и не узнали о моем двухдневном пребывании во вражеском плену.

А в начале января состоялась моя первая и пока единственная встреча с резидентом американской разведки, неким господином Клаусом (так он просил себя называть). Это произошло здесь, во Фридентале – в моей любимой пивной «У дядюшки Эрвина». Теперь меня снова вызывали на тайное рандеву: как и было обусловлено заранее, через местную официантку по имени Урсула, видимо, тоже каким-то образом связанную с американцами…

Перейти на страницу:

Все книги серии Война. Штрафбат. Они сражались за Гитлера

Сожженные дотла. Смерть приходит с небес
Сожженные дотла. Смерть приходит с небес

В Германии эту книгу объявили «лучшим романом о Второй Мировой войне». Ее включили в школьную программу как бесспорную классику. Ее сравнивают с таким антивоенным шедевром, как «На Западном фронте без перемен».«Окопная правда» по-немецки! Беспощадная мясорубка 1942 года глазами простых солдат Вермахта. Жесточайшая бойня за безымянную высоту под Ленинградом. Попав сюда, не надейся вернуться из этого ада живым. Здесь солдатская кровь не стоит ни гроша. Здесь существуют на коленях, ползком, на карачках — никто не смеет подняться в полный рост под ураганным огнем. Но даже зарывшись в землю с головой, даже в окопах полного профиля тебе не уцелеть — рано или поздно смерть придет за тобой с небес: гаубичным снарядом, миной, бомбой или, хуже всего, всесжигающим пламенем советских эрэсов. И последнее, что ты услышишь в жизни, — сводящий с ума рев реактивных систем залпового огня, которые русские прозвали «катюшей», а немцы — «Сталинским органом»…

Герт Ледиг

Проза / Проза о войне / Военная проза
Смертники Восточного фронта. За неправое дело
Смертники Восточного фронта. За неправое дело

Потрясающий военный роман, безоговорочно признанный классикой жанра. Страшная правда об одном из самых жестоких сражений Великой Отечественной. Кровавый ужас Восточного фронта глазами немцев.Начало 1942 года. Остатки отступающих частей Вермахта окружены в городе Холм превосходящими силами Красной Армии. 105 дней немецкий гарнизон отбивал отчаянные атаки советской пехоты и танков, истекая кровью, потеряв в Холмском «котле» только убитыми более трети личного состава (фактически все остальные были ранены), но выполнив «стоп-приказ» Гитлера: «оказывать фанатически упорное сопротивление противнику» и «удерживать фронт до последнего солдата…».Этот пронзительный роман — «окопная правда» по-немецки, жестокий и честный рассказ об ужасах войны, о жизни и смерти на передовой, о самопожертвовании и верности долгу — о тех, кто храбро сражался и умирал за Ungerechte Tat (неправое дело).

Расс Шнайдер

Проза / Проза о войне / Военная проза
«Мессер» – меч небесный. Из Люфтваффе в штрафбат
«Мессер» – меч небесный. Из Люфтваффе в штрафбат

«Das Ziel treffen!» («Цель поражена!») — последнее, что слышали в эфире сбитые «сталинские соколы» и пилоты Союзников. А последнее, что они видели перед смертью, — стремительный «щучий» силуэт атакующего «мессера»…Гитлеровская пропаганда величала молодых асов Люфтваффе «Der junge Adlers» («орлятами»). Враги окрестили их «воздушными волками». А сами они прозвали свои истребители «Мессершмитт» Bf 109 «Der himmlisch Messer» — «клинком небесным». Они возомнили себя хозяевами неба. Герои блицкригов, они даже говорили на особом «блиц-языке», нарушая правила грамматики ради скорости произношения. Они плевали на законы природы и законы человеческие. Но на Восточном фронте, в пылающем небе России, им придется выбирать между славой и бесчестием, воинской доблестью и массовыми убийствами, между исполнением преступных приказов и штрафбатом…Читайте новый роман от автора бестселлера «Штрафная эскадрилья» — взгляд на Великую Отечественную войну с другой стороны, из кабины и через прицел «мессера», глазами немецкого аса, разжалованного в штрафники.

Георгий Савицкий

Проза / Проза о войне / Военная проза
Камикадзе. Идущие на смерть
Камикадзе. Идущие на смерть

«Умрем за Императора, не оглядываясь назад» — с этой песней камикадзе не задумываясь шли на смерть. Их эмблемой была хризантема, а отличительным знаком — «хатимаки», белая головная повязка, символизирующая непреклонность намерений. В результате их самоубийственных атак были потоплены более восьмидесяти американских кораблей и повреждены около двухсот. В августе 1945 года с японскими смертниками пришлось столкнуться и советским войскам, освобождавшим Маньчжурию, Корею и Китай. Но ни самоотречение и массовый героизм камикадзе, ни легендарная стойкость «самураев» не спасли Квантунскую армию от разгрома, а Японскую империю — от позорной капитуляции…Автору этого романа, ветерану войны против Японии, довелось лично беседовать с пленными летчиками и моряками, которые прошли подготовку камикадзе, но так и не успели отправиться на последнее задание (таких добровольцев-смертников у японцев было втрое больше, чем специальных самолетов и торпед). Их рассказы и легли в основу данной книги - первого русского романа о камикадзе.

Святослав Владимирович Сахарнов

Проза / Проза о войне / Военная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее