Хотел ли Гитлер войны. Беседы с Отто Штрассером

Главная цель «немецкого социализма» Штрассера заключается в обеспечении возвращения народа на землю (как ни странно, но в Англии необходимость в этом еще острее, но никаких позитивных сдвигов в эту сторону пока не видно) и контроле за процессом гипериндустриализации, роста гигантских, порабощающих человека заводов. «Идеал либерал-капитализма и либерал-марксизма, сводящий все к функционированию современной, громадных размеров фабрики и к выпуску максимально возможного объема товаров, – пишет он, – должен уступить путь консервативному идеалу свободного существования, реализованного в полной мере… Консервативная мысль не может считать этот процесс каким-то отсталым, потому что он приведет к определенному сокращению производства фабричных товаров. В Германии наступает время, когда тирания машинного века будет сброшена. Нужно отменить этот порядок и заставить промышленность и машины вернуться «к их изначальной роли – роли помощников, от которой они, по стечению обстоятельств, были освобождены… Для консервативной революции работа – это средство поддержания жизни». Кроме того, Штрассер предлагает перенести столицу Германии из Берлина как гигантского, неблагоприятного в человеческом плане поселения в какой-нибудь исторический центр, хранящий культурные традиции немецкого народа – например, в Регенсбург или Гослар.

Итак, я пояснил, насколько то позволяют небольшие объемы этой книги, основные положения штрассеровской системы «немецкого социализма», которые находят свое концентрированное воплощение в стимулирующей идее Erblehen, или наследственного владения. Теперь же перейдем к описанию механизма его реализации.

Первое: земли и сельское хозяйство, которые являются основой всех реформ, причем не только в Германии, но и во всех более-менее известных странах.

Все земли и все имения переходят во владение всего общества, которое представляет Государство. Они будут заново переданы в наследственное владение людям, способным на ней работать (их кандидатуры определяет местный крестьянский совет). При распределении надлежит руководствоваться следующим принципом: никто не может владеть землей в большем количестве, чем он сможет обработать, но у него не должно ее быть меньше, чем необходимо для жизнеобеспечения его самого, его семьи (предусмотрена возможность получения небольшого дохода).

В этом вопросе Отто Штрассер оправдывает свои претензии на то, чтобы называться революционным социалистом или, чтобы быть точнее, революционером-консерватором. Ибо его предложение означает конфискацию земель у крупных землевладельцев с последующей передачей и разделом этих земель между небольшими крестьянскими хозяйствами в форме наследственного права, гарантированного государством. На практике, это нанесет сильнейший удар по интересам крупных землевладельцев Восточной Германии; на остальной части Германии уже существует крепко стоящее на ногах, со своими традициями, не бедное крестьянство. И свободное – если бы не долги.

В данном случае Отто Штрассер нападает на силы, которые вели Европу от войны к войне, которые привели к власти Гитлера, которые вызвали и нынешний конфликт. Он также ставит на кон свое политическое будущее, все свои надежды. Если бы ему пришлось пойти на компромисс по этому вопросу, хотя он никогда не шел на компромиссы, то в момент, когда нацистский режим вступил бы в стадию распада, все дороги к власти в Германии для него были бы открыты без каких-либо препятствий. Если же он не пойдет на компромисс, то самые могущественные группы в Германии будут сопротивляться его появлению на политической арене всеми имеющимися средствами, любыми доступными им способами. Но он считает, что немецкое общественное Sehnsucht неотступно требует этой реформы и не успокоится до тех пор, пока она не будет реализована.

Нужно помнить и о том, что те самые прусские магнаты, крупные землевладельцы востока Германии именно по этой причине свергли канцлера Брюнинга, человека, который имел все шансы привести Германию к мирному и плодотворному сотрудничеству с остальными государствами Европы. Он тоже хотел разделить эти крупные имения, многие из которых давно уже находились в состоянии банкротства и были по уши в долгах перед государством («Помогите крестьянину!»). Он хотел дать эти земли уволенным из армии. На самом деле это и было выполнение обещания, данного президентом, фельдмаршалом фон Гинденбургом солдатам, которых он привел с фронтов Первой мировой, во время выборной кампании, когда он выдвинул свою кандидатуру на пост президента. Но когда он стал президентом, упомянутые землевладельцы Восточной Германии скинулись и купили для Гинденбурга большое имение на востоке. В результате он стал одним из них. А когда Брюнинг предложил разделить эти земли, они сказали Гинденбургу: «Это – сущий большевизм!» И он рассердился на Брюнинга, снял его с должности и поставил на пост канцлера выдвиженца от тяжелой промышленности, Франца фон Папена.