Хозяйка «Белой усадьбы»

   Это была женщина, она сидела на коленях и что-то закрывала руками, какой-то сверток.

   Волосы у женщины плотной темной вуалью лежали на земле, и толком не давали мне рассмотреть, что она защищает, как и её лицо.

   Я осторожно присела рядом с бедняжкой, и тихонько ей сказала:

   - Милая, встать можешь?

   Она осторожно повернула голову, и сквозь её волосы, я поняла, что это не женщина, а совсем молоденькая девчонка. Её губа была разбита, а половина лица была синей. Похоже, что люди ещё и по лицу её били.

   - Кто вы? – спросила она меня дрожащим голосом.

   - Я… Хозяйка Белой Усадьбы, - с заминкой ответила я, вспомнив о словах Тодора.

   В этой ситуации мне точно не стоит скрывать кто я такая.

   Все вокруг ахнули,и девчонка в том числе.

   Она схватила свой сверток и прижала его к груди, а я заметила, кого она защищала – это был младенец.

   У меня сердце сжалось от страха за ребенка.

   И я просто пожелала, чтобы они оба исцелились .

   Из моей руки буквально выстрелил белый свет, от чего девочка шарахнулась от меня в cторону, и даже вскрикнула.

   Но свет тут же погас, а ребенок закряхтел.

   - Ты как? - посмотрела я на девушку.

   Она какoе-то время зачем-то осматривала себя, но я уже видела, что с ней всё нормально. Лицо полностью очистилось от гематом, а губа больше не кровила.

   - Давай малыша проверим? – спросила я её, потому что она была в ступоре и пока плохо понимала, что происходит.

   Еще бы… после такого стресса, я бы тоже так тормозила.

   Но девчонка плотнее прижала ребенка к себе, и начала осматриваться по сторонам, явно боясь селян.

   - Не бойся их, – мягко улыбнулась я. – Они не смогут ничего тебе сделать. Это твой малыш?

   Девчушка кивнула,и тихо прошептала:

   - Девочка, это Яра.

   - А твоё имя?

   - Тарила, – ещё тише ответила она, и уложив ребенка на дорогу, осторожно начала разворачивать свёрток.

   Малышке на вид было не больше месяца. Розовенькая, маленькая, беззубая. Она улыбалась нам обеим,и явно чувствовала себя хорошо. Кожа чистая, без каких-либо гематом.

   - Ох, спасибо вам! – Тарила не вставая с колен, упала головой, пытаясь кланяться, и быстро забормотала : – Я думала, что уже всё… думала, что моя девочка уснула навсегда. Вы её разбудили…

   - Это они её тронули? – осторожно спросила я девушку.

   - Нет, – покачала она головой. – Яра заболела, я пришла в село, хотела попросить знахарку, чтобы она посмотрела, и встретила Хану.

   Тарила кивнула ну ту самую женщину, которая лежала без сознания.

   - А дальше? - подтолкнула я её.

   - Дальше, - Тарила всхлипнула,и опустив голову вниз начала рассказывать: – Хана устроила крик, начала меня обвинять в том, что я её мужа опоила, и дочку от него родила. Потом выбежали все остальные и…

   Дальше девушка запнулась и опять начала всхлипывать. Видимо осознала, что люди, чуть не забили её до смерти…

   Я резко поднялась и посмотрела на так и стоящих вокруг нас селян,которые до сих пор молчали и не могли прийти в себя. На лицaх некоторых я с удовольствием заметила гематомы, и даже кровь. Неплохо им камнями прилетело.

   - Кто тут старший? – громко спросила я.

   Но все почему-то начали опускать головы, и отводить взгляды, пока сквозь толпу не протолкался какой-то седой мужик.

   - Вы чего тут утворили!? - зло и растерянно спросил он, – Тарилка, ты чего на земле, вставай быстро! Ребенка застудишь! - Он повернулся к кому-то конопатому мужичонке. - Мит, что случилось тут, говори быстро!

   - Так это, – начал он, опустив голову вниз, - Хана закричала, что Тарила Стежича опоила. Что та ребенка от него народила, ну мы и…

   - Расправу решили учинить над беззащитной девочкой, – закончил за него Тодор, помогая Тариле подняться на ноги.

   - Ты готовить умеешь? – спросила я девочку, не став дальше слушать, о чем говорят вокруг люди.

   - Да, мама научила, - растерянно ответила Тарила.

   - Пойдешь ко мне кухаркой работать? Надо готовить на десятерых. Десять взрослых, плюс ты сама, остальные дети. Завтрак, обед, ужин. Но взрослых скоро станет меньше. Два выходных в неделю. Отпуск тридцать дней. Плачу один золотой в месяц.

   - Что вы! – замахала она на меня руками. – Какой золотой. Я забесплатно гoтова работать, без выходных, но при условии, что я бабушку заберу с собой, она у меня болеет. И от Яры я тоже не откажусь.

   Последние слова она произнесла очень тихо, прижав ребенка к себе чуть сильнее.

   - Ладно, – кивнула я. – Потом разберемся тогда с графиком работы и с твоей зарплатой. У тебя тут какие-то дела еще есть?

   - Нет, – покачала он головой, и добавила: - Я же Яру приходила полечить. А она теперь выздоровела, благодаря вам.

   - Тогда пойдем, покажешь, где живешь.

   - Так мы бы позже приехали, бабушка не ходячая, надо бы на телеге её, - растеряно пробормотала Тарила. - Да и живем мы не в селе, а в лесу.

   - Нет уж, – покачала я головой. – Я тебя одну не оставлю, поехали, сразу вас заберем. Телега, лошадь есть?

   - Лошади нет, телега есть.

   - Попробуем в нашу запрячь, я Тодoра попрошу, – сказала я, и повернувшись к селянам громко крикнула:

   - Уважаемые!

   Все сразу замолчали и перевели на меня свои напуганные глаза.