Хозяин Яузы

Федор подумал, что от Фила толку наверняка будет мало, зато шума хоть отбавляй, но тут же все мысли вытеснил страх. О поверхности у него остались не самые приятные воспоминания. Мелькнула мысль, что еще не поздно отказаться. Зачем он вообще во все это вписался? Но тут он поймал взгляд Нели и понял, что не хочет выглядеть трусом перед ней.

И что-то еще не давало ему отказаться – словно внутренний голос звал посмотреть, что творится сейчас наверху. Там теперь лето, значит, должно быть тепло. Он ни разу не выходил на поверхность летом – только поздней осенью и зимой, когда дул пронизывающий ветер и все вокруг было однообразным и унылым – и развалины зданий, и черневшие здесь и там стволы деревьев.

Но из глубин памяти поднимались давние, полузабытые воспоминания – вот он, совсем еще маленький, сидит на корточках возле старой кирпичной стены, увитой зелеными плетями, и смотрит на маленькую серую букашку, ползущую вверх. Ему тепло и щекотно, он чувствует резкий, терпкий запах – наверное, так пахнут зеленые стебли рядом. Федор отрывает кусочек, растирает в пальцах – резкий запах усиливается. Букашка тем временем упорно ползет вверх по стене, она уже на уровне его глаз. Федор осторожно подставляет ей палочку, но хитрая букашка мигом падает вниз, и теперь среди зеленых стеблей ее не отыскать. «Федя», – зовет его женский голос. И Федор, еще раз вдохнув терпкий одуряющий запах, с неохотой поднимается и идет.

Он почти никогда не вспоминал об этом – почему же сейчас эта картинка стоит перед глазами? Может, это место так действует на него? Федор вновь подумал про утопленницу, которую нашли под мостом. Наверное, все началось с того, что ей тоже захотелось выбраться на поверхность.

– Боишься? – вполголоса спросил Фил у Федора, словно прочитав его мысли.

– Вот еще, – хмыкнул тот.

– А Фил ничего не боится, – поддела философа Неля. – Чего ему бояться, если он все равно уже мертвый? Два раза ведь не умрешь, верно, Фил?

– Отставить разговоры, – буркнул Данила.

«И почему именно этот, – подумал он, глядя на Фила. – От него вряд ли будет много пользы. Чем-то он похож на Валькиных дружков – только языком горазд болтать да бабам головы морочить. Если б мальчик не водился черт знает с кем, мог бы быть сейчас со мной. Ну да ладно – на что-нибудь и этот сгодится. Так или иначе, все они зачем-нибудь да пригождаются».

Старик поймал насмешливый взгляд Нели – она словно прочла его мысли. «Девочка моя, – подумал он с нежностью, – такая хрупкая и такая храбрая. Вот на кого можно положиться. Только, боюсь, и с тобой мне скоро придется расстаться». Потом лицо его вновь посуровело.

– Теперь не время шутить. Не знаю, что или кого мы увидим наверху, но кое-что надо вам рассказать. Район тут вообще-то тихий, выродки еще живут кое-где, но когда люди группой идут, они не связываются, на одиночек чаще нападают. Ну, горгоны иной раз попадаются – как повезет.

Федор кивнул. Во время одной из своих вылазок он видел горгона – создание, похожее на пень, увенчанный щупальцами. Федор знал – они не так уж опасны, разве что сам сунешься к нему по глупости, а догонять тебя он не побежит – ног у него не имеется.

– Какой дорогой пойдем – не знаю пока, – сказал Данила. – Река тут недалеко, Яуза.

– В которой Сафроненко русалку видел? – хмыкнул Фил.

– Нет там никаких русалок, – буркнул Данила. – А вот «матросы» попадаются.

– Откуда тут матросы? – удивился Федор, которому смутно вспомнилось, что слово «матрос» было как-то связано с большой водой, какой здесь и близко не было.

– Из «Матросской тишины» приходят, – пояснил Данила так, словно для Федора эти слова что-то значили. Про тишину Федор решил не переспрашивать.

– А как они выглядят? – спросил Фил.

– Здоровые, в два человеческих роста, а голова маленькая. Бегают быстро. Но они чаще поодиночке ходят – думаю, все вместе с одним как-нибудь сладим, если что.

Федор посмотрел на Нелю – она была спокойна и серьезна.

– От вас самих зависит – вернетесь вы в метро или нет. От группы ни в коем случае не отставать. Стрелять только по моей команде, – предупредил Данила.

Они облачились в химзу, причем Федор заметил, что Неля даже ради такого случая не рассталась со своим пестрым жилетиком – видимо, она им втайне очень гордилась. Это его тронуло.

«Женщина есть женщина, даже когда берется за мужскую работу», – подумал он. По команде Данилы маленький отряд двинулся в сторону туннеля, уходившего к Семеновской. Дошли до блокпоста, пошутили напоследок с часовыми. Федору было тревожно, но вместе с тем и весело. Он поглядывал на идущую перед ним девушку, надеясь, что та обернется. Почти весь страх куда-то пропал, осталось одно любопытство.

Глава 5Речной монстр

Выход на поверхность был оборудован в туннеле между Электрозаводской и Семеновской, в старой вентшахте. Первым вверх по узкому колодцу, хватаясь за ржавые железные скобы, лез Данила, за ним Федор, Неля, а замыкающим был Фил.