Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.)

2 (20 марта) апреля 1918 г. у станицы Изобильной Соль-Илецкого района оренбургскими казаками во главе с войсковым старшиной С. В. Бартеневым уничтожен в засаде большевистский отряд численностью в 300 человек во главе с председателем Оренбургского исполкома С. М. Цвиллингом. При этом все сдавшиеся в плен были порублены казаками[231]. Следует отметить, что в отряде Цвиллинга, наряду с другими его членами, числились медсестры и подростки-обозники. Впоследствии у оренбургских казаков появится образное выражение, обозначающее вынесение смертного приговора – «отправить к Цвиллингу».

3 (21 марта) апреля 1918 г. в Новом Буге за два дня до прихода отряда полковника М. Г. Дроздовского местным комитетом расстреляно «трое грабителей». Впоследствии дроздовский отряд окажет помощь комитету в наведении порядка[232].

4 (22 марта) апреля 1918 г. казаки станицы Нежинской во главе с войсковым старшиной Н. В. Лукиным и полковником Корчаковым совершили ночной набег на оренбургский горсовет, находившийся в бывшем юнкерском училище, где предприняли попытку полностью вырезать весь горсовет. Казаки рубили спящих, не успевших подняться с постели людей, не оказывавших сопротивления. Рубили всех подряд, вместе с женщинами и детьми (семьи работников горсовета) – всего погибло 129 человек. Среди погибших было 6 детей и несколько женщин. Детские трупы были изрублены пополам, убитые женщины лежали с вырезанными грудями и вспоротыми животами[233]. Характерно, что за день до набега, 3 апреля 1918 г., в селе Сакмарском ими же будет расстреляны казаки Правдин и Свинцов, отказавшиеся участвовать в нападении на красный Оренбург.

4 (22 марта) апреля 1918 г. обманом попал в плен к донским казакам в станице Казанской Донской области и впоследствии был убит командир 2-й революционной армии (Тираспольского революционного отряда), бывший штабс-капитан Евгений Михайлович Венедиктов (1895–1918)[234].

4 (22 марта) апреля 1918 г. отрядом полковника М. Г. Дроздовского расстреляны более 20 жителей села Долгоруковка Николаевской губернии (Украина). Запись М. Г. Дроздовского в дневнике: «22 марта, Владимировка[235]. Окружив деревню, поставив на позицию горный взвод и отрезав пулеметом переправу, дали две-три очереди из пулеметов по деревне, где все мгновенно попряталось, тогда один конный взвод мгновенно ворвался в деревню, нарвался на большевистский комитет, изрубил его, потом потребовали выдачи убийц и главных виновников в истязаниях четырех ширванцев (по точным уже сведениям, два офицера, один солдат-ширванец, писарь и один солдат, приставший к ним по дороге и тоже с ними пробиравшийся). Наш налет был так неожидан и быстр, что ни один виновник не скрылся… Были выданы и тут же немедленно расстреляны; проводниками и опознавателями служили два спасшихся и спрятанных владимирцами ширванских офицера. После казни пожгли дома виновных, перепороли жестоко всех мужчин моложе 45 лет, причем их пороли старики; в этой деревне до того озверелый народ, что когда вели этих офицеров, то даже красногвардейцы не хотели их расстреливать, а этого требовали крестьяне и женщины… и даже дети… Характерно, что некоторые женщины хотели спасти своих родственников от порки ценою своего собственного тела – оригинальные нравы. Затем жителям было приказано свезти даром весь лучший скот, свиней, птицу, фураж и хлеб на весь отряд, забраны все лучшие лошади; все это свозили к нам до ночи… «Око за око…» Сплошной вой стоял в деревне… Всего было истреблено 24 человека»[236].

В этот же период отряд генерал-лейтенанта Н. Д. Невадовского в Малеевке, разоружив деревню, под угрозой применения химического снарядов (его не было), «крепко перепороли шомполами по принципу унтер-офицерской вдовы» записавшихся ранее в Красную гвардию и к этому времени уже дезертировавших из нее жителей села, всего 30 человек[237]. Следует отметить, что помимо терминов «вывести в расход», «угробить» среди белых армий юга России популярным стал и новый термин «шомполизировать»[238]. Генерал А. И. Деникин в своих воспоминаниях позднее отметит невольную и неизбежную «оборотную сторону медали» – он напишет, что когда наутро отряд дроздовцев уходил дальше, он зачастую оставлял за собой «разворошенный муравейник, кипящие страсти и затаенную месть»[239]. Из деревни Владимировка полковником М. Г. Дроздовским был выслан также карательный отряд в деревню Фонтанку, понесшую такое же наказание, как и Долгоруковка[240]. Частые стычки с местным населением приводили к тому, что у тех, кто отбился от отряда, «было мало шансов остаться в живых»[241].