Хроника либеральной революции

Помимо всего прочего, в президентском варианте конституции вообще не были предусмотрены ни должность председателя парламента, ни пост вице-президента, тогда как в варианте Конституционной комиссии обе должности сохранялись. Так что, ведя борьбу против президентского проекта, и Хасбулатов, и Руцкой сражались прежде всего за самосохранение, самовыживание. Ничего хорошего этот проект не обещал и прочим активистам оппозиции.

В качестве первой серьезной вехи в конституционном соревновании Ельцин выбрал 5 июня. На этот день он назначил созыв нового органа — Конституционного совещания, на котором предполагалось «окончательно доработать» проект нового Основного закона. За основу, естественно, намечалось взять проект президентской команды. Противники Ельцина могли бы проигнорировать это мероприятие, — Конституционное совещание ими не признавалось, — однако более выгодным для себя они сочли пока что не делать этого (позднее станет ясно, в чем заключается их тактика).

Официальным представителем ВС на совещании был назначен все тот же Хасбулатов. Это свое назначение он получил 3 мая, но еще 30 апреля спикер разослал членам Конституционной комиссии телеграмму, в которой предлагал прибыть 7 мая на ее пленарное заседание. На нем предполагалось рассмотреть ситуацию, которая сложилась в связи с наличием двух проектов новой Конституции. При этом предпочтение заранее отдавалось проекту Конституционной комиссии. Поскольку он «прошел обсуждение» на Съезде и в Верховном Совете, Хасбулатов и его сторонники, считали его «легитимным», другой же, — подготовленный Алексеевым, Собчаком и Шахраем, — «инициативным».

Итак, Конституционное совещание и Конституционная комиссия, 5 июня и 7 мая… Сопоставляя эти даты, можно сказать, что в начавшейся конституционной гонке Хасбулатов и K° выскочили вперед.

Решение о созыве Конституционной комиссии было принято без согласия Ельцина, являвшегося ее председателем (сам спикер и его заместитель Николай Рябов занимали посты заместителей председателя). По этой причине президентская сторона, в свою очередь, решила бойкотировать его. 6 мая Вячеслав Костиков выступил с заявлением по поводу «попытки отдельных лиц» созвать заседание Конституционной комиссии «в обход президента». По словам Костикова, такие попытки есть не что иное как «узурпация президентских полномочий»: Ельцин как председатель Конституционной комиссии «никому не делегировал своих прав на ее созыв»; соответственно, любые решения, принятые Комиссией, будут восприняты президентом как неправомерные.

Со своей стороны, ответственный секретарь КК Олег Румянцев обвинил Костикова в «вопиющей правовой безграмотности» и напомнил ему, что, согласно положению о Конституционной комиссии, ее пленарные заседания созываются либо председателем, либо его заместителем, либо наконец по их поручению — ответственным секретарем.

Несмотря на возражения Ельцина, заседание Конституционной комиссии все-таки состоялось. Как и было запланировано — 7 мая. Правда, на нем не было кворума, но эту деталь сочли несущественной. На заседании были сделаны ритуальные реверансы в адрес президентского проекта конституции — прозвучали слова о том, что он «содержит ряд положений, которые необходимо учесть при доработке проекта Конституции РФ». Вместе с тем говорилось и другое, — что документ представляет президента как «единственного гаранта прав и свобод, гаранта функционирования всех ветвей и структур власти, отношений субъектов федерации и центра». По словам Олега Румянцева, «президентский проект существенно нарушает баланс властей», «он ставит президента над всеми остальными ветвями власти, что характерно лишь для авторитарных государств».

В принятом постановлении утверждалось, что многие положения президентского проекта существенно ограничивают экономические, политические и гражданские права человека.

Выступая на заседании, Хасбулатов пока еще достаточно мягко заявил, что, по его мнению, новую конституцию вполне можно будет принять на съезде, — необходимое для этого количество голосов наберется.

Реакция Ельцина на заседание Конституционной комиссии последовала незамедлительно. На пресс-конференции 8 мая он вновь назвал его незаконным, поскольку «оно было созвано без его ведома как председателя Конституционной комиссии». Президент заявил, что намерен и дальше бороться за свой проект конституции: «Тот проект конституции, который был раньше (то есть проект Конституционной комиссии. — О.М.), Съездом фактически отвергнут, так как он его не вынес на обсуждение народа».

На следующий день в очередной раз о подготовке новой конституции высказался и Хасбулатов. Высказался уже весьма жестко. Он заявил, что за пределами Конституционной комиссии никакие собрания по этой проблеме «не имеют силы».