Хрупкие жизни. Истории кардиохирурга о профессии, где нет места сомнениям и страху

Я благодарен своему другу профессору Марку Клементу – главе Института естественных наук и бизнес-школы при Университете Суонси – за то, что он предоставил нам и лабораторию, и команду инженеров. Мы познакомились по счастливому стечению обстоятельств, благодаря моему знаменитому пациенту с искусственным сердцем Питеру Хоутону, который вместе с Ники Кинг приложил колоссальные усилия, чтобы собрать деньги на наши исследования. Под корпоративным знаменем «Calon CardioTechnology» мы создали британскую вспомогательную желудочковую систему, способную конкурировать с американскими насосами, каждый из которых стоит не меньше новенькой «Феррари»! В этом нам оказал огромную помощь Стюарт Маккончи, бывший генеральный директор «HeartWare Company» и «Jarvik Heart».

Валлийские знакомые свели меня с лауреатом Нобелевской премии профессором Мартином Эвансом из Университета Кардиффа, которому впервые удалось изолировать эмбриональные стволовые клетки. Вместе с коллегой Аяном Реджинальдом и компанией «Celixir» он работал над применением стволовых клеток в кардиохирургии. С помощью наших насосов и стволовых клеток мы намерены создать альтернативу пересадке сердца.

Несмотря на ученые степени в области биохимии и биоинженерии искусственного сердца, я технофоб, не умеющий пользоваться компьютером и не способный починить даже мельчайшую поломку в своей машине. В результате я вынужден полагаться на хороших секретарей. Последние десять лет мне помогала держаться на плаву Сью Фрэнсис. К половине седьмого утра мы оба, как правило, уже были в кабинете. Его окно выходит на шумные трубы установки для кондиционирования воздуха, напоминая апокалиптические сцены из «Дисмаленда»[35] Бэнкси. Летом деревянные рамы прогрызают летающие муравьи, а зимой через эти дыры просачиваются холодные капли дождя. Я провел здесь долгие бессонные ночи, свернувшись на маленьком диване, когда из страха, что с пациентом что-то случится, не мог позволить себе пойти домой. Помимо пациентов, в этом кабинете побывали и всемирно известные личности: Кристиан Барнард, Дентон Кули, Роберт Джарвик и даже Дэвид Кэмерон, наш бывший премьер-министр. Все они удивлялись тому, в каких скромных условиях приходится работать кардиохирургу. А тем временем мы со Сью многого добились. Она напечатала сотни моих научных публикаций, не говоря уже об этой книге.

В этом плане мне также хотелось бы поблагодарить Джона Харрисона, который опубликовал некоторые из моих учебников по хирургии. Это Джон предложил мне написать что-нибудь для широкой публики и познакомил с моим нынешним агентом Джулианом Александером, без которого эта книга никогда не вышла бы в свет. Мне было очень приятно работать с такими опытными в своем деле людьми, как Джек Фогг, Эмили Арбис, Марк Болланд и другие сотрудники издательства «Харпер Коллинз». Кроме того, я хотел бы поблагодарить моего друга и коллегу, а по совместительству художника Ди Маклин за чудесные иллюстрации к книге.

Так что же случилось с кардиохирургией в Соединенном Королевстве? После многочисленных больничных скандалов Национальная служба здравоохранения решила опубликовать показатели смертности среди пациентов каждого хирурга в отдельности. И теперь никто не хочет работать кардиохирургом. Да и кто захочет – со всеми этими изматывающими операциями, беспокойными родителями, дежурствами по ночам и выходным? Система погрязла в бессмысленной бюрократии, а единственная наша «награда» – публичное унижение в случае полосы неудач. На данный момент шестьдесят процентов всех детских кардиохирургов в Великобритании – выпускники иностранных университетов.

Главные герои этой книги – мои пациенты, но боюсь, что сегодня мало кого из них согласились бы оперировать в Великобритании. В конце концов, профессии, неразрывно связанной со смертью, не суждено процветать (если не считать гробовщиков и военных). Как метко подметил доктор Кирклин, смерть – неизбежная составляющая кардиохирургии. Если хирург старается спасти как можно больше пациентов, некоторые из них умирают. Но мы больше не должны мириться с ужасным оснащением больниц, неквалифицированным персоналом и устаревшим оборудованием, иначе пациенты так и будут умирать без конца. Комик Хью Дэннис никогда не отличался умением сопереживать. В сатирической программе на телеканале Би-би-си под названием «Mock the Week» он предложил альтернативную оду глубокомысленному заявлению доктора Кирлинка:

Красная роза, синий тюльпан.

Прости, но ты умер, что сделать-то нам?

Каков ответ? Перестать публично стыдить и обвинять нас, а вместо этого дать все необходимое, чтобы мы могли выполнять свою работу!

* * *