Хрущев. Смутьян в Кремле

Помимо 4394 делегатов с решающим и 405 с совещательным голосом, представлявших 8,8 миллиона членов партии и 843 тысячи кандидатов в члены партии, заключительные слова Хрущева приветствовали многочисленные гости съезда. Среди них был и 83-летний В.В. Шульгин, некогда призывавший говорить с «красными» только «языком пулеметов». Присутствие в зале заседаний бывшего ярого врага советской власти на съезде, принявшего программу построения коммунизма, казалось бы демонстрировало необратимость грандиозных перемен в советском обществе.

Хрущев закончил XXII съезд партии на бодрой ноте. Он выкрикнул в зал: «Наши цели ясны, задачи определены! За работу, товарищи! За новые победы коммунизма!» Вскоре эти слова были широко растиражированы на плакатах и панно, которыми украсили стены зданий. Вместе с этими словами изображался и сам Хрущев, который жестом призывал следовать за ним вперед к новым победам.

Часть 3ВНИЗ ПО ЛЕСТНИЦЕ, ВЕДУЩЕЙ ВВЕРХ

Глава 1«ХРУЩЕВА НА МЯСО!»

У. Хайленд и Р. Шрайок имели основание начать свою книгу «Падение Хрущева» с событий конца 1961 года, заметив, что к этому времени Хрущев столкнулся с тяжелым положением «как внутри страны, так и за ее пределами». Внешнеполитические неудачи происходили в то время, как стало очевидным, что попытки Хрущева добиться перелома в развитии сельского хозяйства не увенчались успехом. Урожай зерна в 1961 году был ненамного выше урожаев 1959 и 1960 годов. Урожай на целине был самым небольшим за последние 5 лет. Производство мяса опять сократилось. Писатель Е. Носов позже писал: «Вопреки еще не успевшим выцвести, не смытым дождями оптимистическим диаграммам роста надоев и привесов, с прилавков магазинов стало исчезать мясо и все мясное. Потом все молочное. В считанные дни размели даже привялые плавленые сырки. Куда-то девались пшено и гречка, как потом оказалось на целые десятилетия. Дело дошло до лапши и макарон».

К этому времени стало ясно, что сельское хозяйство, развитию которого Хрущев уделял столько сил и внимания, начиная с сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС, находится в плачевном состоянии. Чтобы выяснить причины такого положения, Хрущев опять отправился в поездку по стране. На сей раз Хрущев увидел источник неудач в том, что, вопреки его указаниям, в ряде мест продолжали применять систему травопольного севооборота Вильямса. Хрущев уже давно требовал отказаться от этой системы, позволявшей регулярно восстанавливать плодородие почвы. В ходе своей поездки по стране в конце 1961 года Хрущев сурово набросился на упрямцев. В «Крокодиле» опубликовали карикатуру «Травополыцик-подполыцик». На ней был изображен академик, который тайно высаживал травы в своем кабинете.

Выступая на мартовском (1962 г.) пленуме ЦК КПСС, Хрущев уверял на примере Краснодарского края, что если вместо трав сеять кукурузу, то в стране резко возрастет производство мяса. «Это не арифметическая акробатика, а настоящая арифметика, по Малинину и Буренину, – уверял Хрущев, вспоминая авторов дореволюционного задачника для начальной школы. – Никто пока четыре действия арифметики не опроверг, и вам, товарищи краснодарцы, тоже не удастся это сделать!» Он призывал: «Мы должны обратить особое внимание на искоренение последствий травопольной системы земледелия В.Р. Вильямса». Осуждая курс Хрущева через 25 лет после его отставки, писатель Е. Носов вспоминал: «Пришла мысль посягнуть и на саму травопольную систему, выбросить из севооборота травы-предшественники, а вместо них внедрить ту же кукурузу. Для оправдания этого посягательства был изруган и дискредитирован основоположник этой системы академик Вильямс, портреты его сняли, а труды изъяли из учебных заведений и библиотек. Наряду с травами, игравшими роль восстановителей питательного баланса почв, были ликвидированы и чистые пары, вместо них, дававших отдых земле, внедрялась опять та же кукуруза».

Насаждение кукурузы напоминало насильственное введение картофеля в России в XVIII веке. Позже писатель Е. Носов писал: «В стране началась памятная кукурузная кампания, в том ее проявлении не понятая и не принятая народом. Вообще-то сама по себе культура она продуктивная, если с ней обращаться по уму. Но Кострома не Айова. Во многих российских местах кукуруза оказалась самозванкой, непрошено посаженной на престол нашего земледелия. Внедряли ее таранно, ударом кулака по столу, не слушая никаких резонов, вешались выговоры, отбирались партбилеты, не глядя ни на широту, ни на долготу». Преувеличенное внимание Хрущева к распространению кукурузы привело его к желанию сократить до предела производство ряда других кормовых культур. Микоян писал: «Одно время он стал нападать на подсолнух, но удалось его убедить, что без подсолнечного масла нам не обойтись».