Хрустальная туфелька

Кэролайн выбрала себе сумочку, после чего мы отправились в следующий магазин. Я решила терпеливо ждать, когда она подойдет к сути. Дурой я не была. Кэролайн не стала бы таскать за собой кого-то вроде меня без четких намерений. Как и Уинстону, ей нравилось сперва играть со своей жертвой. Но поскольку к этому я уже привыкла, то решила не нервничать понапрасну.

Мы оказались напротив кондитерской, но Кэролайн отрицательно качнула головой, что заставило меня пройти мимо. Я уже хотела закатить глаза, но вовремя вспомнила, что рядом была мама Уина, а не он сам. С Кэролайн мне могло грозить нечто неприятнее порки. Купание в Гудзоне совсем не входило в мои планы.

Она повела меня в магазин мебели и декора. Несмотря на то, что я не собиралась делать покупки, все же нашла набор симпатичных солонок и перечниц в форме розовых птичек. Когда Кэролайн их увидела, удивленно выгнула бровь.

– Уину понравится, – объяснила я. – Они напомнят ему о Креветке.

Черты ее лица застыли, пока она пыталась разгадать мои слова. Наконец, Кэролайн сдалась и махнула в сторону кассы. Оплатив покупки и дождавшись, пока мне все упакуют, я вышла вслед за Кэролайн в коридор оживленного торгового центра. Мы бродили с ней, казалось, целую вечность, но вскоре я смирилась с ее напряженным молчанием. Даже затосковала по маме. Если бы она по-прежнему была рядом, наверное, мы бы постоянно ходили с ней по магазинам.

Кэролайн, увлеченная всем на свете, кроме меня, вдруг указала на ресторан, где подавали гриль.

– Умираю с голоду. Думаешь, тут можно поесть?

Заведение казалось слишком простым для миллиардерши, но пахло достаточно вкусно, чтобы у меня заурчало в животе.

– Очень даже, – согласилась я.

Как только мы присели у окна, откуда открывался вид на северную пристань, Кэролайн заказала бутылку вина и, наконец, уставилась на меня внимательным взглядом.

– Итак, – сказала она, критически осматривая мой наряд и отмечая каждую мельчайшую деталь. – Ты вызвала некоторый хаос вокруг моего сына.

– Некоторый, – ответила я яростным взглядом.

Немного помолчав, она провела ладонью по льняной салфетке.

– Твоя семья, должно быть, в ужасе.

– Не таком сильном, как я.

– Ты стыдишься.

– Не за Уина.

Приподняв брови, она недовольно посмотрела на меня.

– Конечно, нет. Я имела в виду...

– Стыжусь ли я себя? – усмехнулась я. – То, чем занимались мы с Уином – исключительно наше дело. Уверена, что чью бы сексуальную жизнь не выставили на всеобщее обозрение, это было бы отвратительно.

– Тогда что?

– Я волновалась, что может подумать его семья, – и что могли подумать вы.

– И почему тебя это волновало?

– Вы знаете.

– Объясни мне, дорогая.

– Потому что мне нравится Уин. Правда очень-очень-очень нравится.

Ей явно не понравилось мое чрезмерное употребление слова «очень». Но я посчитала это более приемлемым, чем признаваться сейчас в любви.

– Переходи к делу.

– Команда Константинов, помните?

– Ах да, твои глупые идеи стать частью нашей семьи.

– Я нужна Уинстону.

– Уинстону никто не нужен, – довито выплюнула она.

– Неправда. Ему нужна семья. Люди, способные прикрыть спину.

– И это ты?

– Да.

Кэролайн продолжала смотреть на меня, ожидая, что я объясню или вставлю еще какие-то уточнения. Но я не собиралась. Больше говорить было не о чем. Я нужна ему. Потому что понимала Уинстона, как никто другой. Потому что могла заставить его время от времени ослаблять бдительность и становиться нормальным. Потому что очеловечивала его. Да, я развлекала Уина, но также давала ему возможность быть собой. Свободу от осуждения и требований возмещать ущерб.

– Мой папа недавно рассказал, что они с мамой отказались от денег ради любви. Не все в этом мире можно купить за деньги. Некоторые вещи могут стать куда лучше, если не бросать в них черную кредитную карту.

– У меня платиновая карта, но неважно.

– Вы любили своего мужа?

– Конечно, – усмехнулась она. – Что за странный вопрос?

– Просто многие люди в вашем, эм, социальном кругу женятся отнюдь не по любви.

– Я нежно любила Лейна.

– А ваши чувства остались бы неизменны, если бы он был беден? Если бы ради него вам пришлось отказаться от итальянских кожаных сумок, личных водителей и платиновых карт с неограниченным бюджетом? Вы бы все равно выбрали Лейна?

Кэролайн не ответила, но я уловила проблеск любви в ее глазах. Потом вспышку горя. Она бы вышла за него, даже без денег. Значит, Кэролайн не такая уж и ледяная королева, за которую себя выдавала.

– Но это все не относится к делу. Любовь быстро проходит.

А может, и снежная королева. С ней в браке явно что-то произошло. Я не знала, что именно, но это нечто превратило ее в сегодняшнюю версию. Измученную.

– Печально, – произнесла я. Даже если подобное произошло с ней, это еще не значило, что тоже самое произойдет с моими чувствами.

– Ты не любишь моего сына, – наконец, сказала Кэролайн. – А он не сможет любить тебя. Я этого не допущу.

– Почему? Из-за того, что сделала Мередит? Все для него недостаточно хороши или только я?

– Ты едва появилась в его жизни, и только посмотри, что уже устроила, – отмахнулась она. – Уинстон заслуживает лучшего.