Хватит быть славным парнем! Проверенный способ добиться желаемого в любви, сексе и жизни

Осознание реальности поразило меня несколько лет назад весьма необычным образом. Элизабет пришла как-то раз и рассказала, что задела бампером припаркованную машину. Она чувствовала себя, как нашкодивший ребенок, и ждала, что я ее отругаю. Прежде, чем я открыл рот, она начала защищаться и отгораживаться.

Я рассердился – не из-за машины, но из-за того, как она меня отталкивала. Я сказал, что чувствую, прямо и ясно. Без нападок и обвинений я заявил: «Хватит!» С напором, удивившим нас обоих, я дал понять, что не отгораживался от нее и не собираюсь мириться с тем, что она это делает. Я сказал, что меня, конечно, расстраивает машина, но еще больше меня расстраивает ее поведение. И закончил словами: «Позволь мне пережить то, что случилось с машиной, и мы все решим».

Позже Элизабет рассказывала мне (и своим подругам), насколько спокойнее она себя почувствовала, когда я начал проявлять чувства. Она поняла, что я расстроен случившимся, но не считаю ее плохой и не оставлю ее из-за этого. То, что я так сильно отреагировал на ее попытку отгородиться от меня, позволило ей почувствовать себя любимой и защищенной. Она осознала, что со мной можно спокойно разделить переживания. Эта история сблизила нас и позволила понять, как исцеляет прямое и сильное выражение чувств.

Освобождение. Упражнение № 20

Подсказки про выражение чувств:

• Не говорите другому человеку: «Ты меня бесишь». Вместо этого возьмите на себя ответственность за свои переживания: «Я чувствую злость».

• Не используйте названия чувств для описания мыслей: «Я чувствую, что Джо пытается меня использовать». Вместо этого обратите внимание на свои ощущения: «Я чувствую себя беспомощным и напуганным».

• Проще говоря, старайтесь начинать разговор о чувствах со слова «я», а не со слова «ты». Избегайте фразы «мне кажется, что», например: «Мне кажется, что ты подло со мной поступаешь».

Осознание страхов

Страх – нормальная часть человеческой жизни. Всем бывает страшно, даже самым смелым на вид людям. Здоровый страх – это знак приближения опасности, и он отличается от того страха, который славные парни чувствуют каждый день.

У славных парней страх записан на клеточном уровне. Это воспоминание обо всех угрозах существованию, какие когда-либо имели место в их жизни. Страх живет в них с тех самых пор, когда они еще были совершенно беззащитны и беспомощны. Он появился потому, что их потребности не удовлетворялись своевременно и нужным образом. Он был выращен системой, обесценивающей риск и вознаграждающей консерватизм. Он был раздут тем, что реальная жизнь хаотична и беспорядочна и любые перемены – билет в неизвестность. Я называю его воспоминанием острахе.

Из-за воспоминания о детском страхе славные парни считают мир опасным и подавляющим. Чтобы справиться с этим, они стараются действовать как можно осторожнее. Именно поэтому славные парни переживают множество ненужных страданий.

• Страдания из-за избегания новых ситуаций.

• Страдания из-за верности привычкам.

• Страдания от того, что они откладывают все на потом и никак не могут закончить начатое.

• Страдания от того, что они продолжают делать то, что не помогало им в прошлом, и усугубляют ситуацию.

• Страдания от того, что они тратят так много энергии, стараясь держать под контролем неконтролируемое.

Нолан – хороший пример парализующего действия воспоминания о страхе. Он пришел ко мне по совету друга. Нолан разъехался с женой год назад, но никак не мог принять окончательное решение о разводе.

Нолан часто говорил мне, что он «в смятении». Это его смятение имело изрядную примесь вины. Нолан постоянно все взвешивал. Что, если он расстанется с женой, а потом решит, что это была ошибка? А если он испортит жизнь детям? А вдруг дети больше не захотят с ним общаться? А если друзья сочтут его плохим? Если Бог пошлет его в ад? Пока он пребывал в смятении, он был парализован.

Когда я сказал Нолану, что, возможно, он не в смятении, а просто испуган, он начал это отрицать. Ему вообще не нравилось выглядеть трусом. Исследуя со мной свое детство, он вдруг осознал, что каждая ошибка, совершенная им тогда, казалась непоправимой и имеющей пожизненные последствия. Он считал, что нечто подобное может случиться и с нынешней ситуацией.