Кьяра и Франческа, или Бал для Золушек

Гаэтано как всегда. Он тоже красив — как сытый лоснящийся зверь, или как хороший танцор, про него однажды отец Варфоломей сказал — ходит, будто музыку слышит. Он невысок, но силён и гибок, не музыкант, но его пальцы способны сделать с тобой такое, что и никакой музыки не понадобится. И он старше их всех, ему уже тридцать, в общем — было время понять что-то про жизнь.

— Эй, осторожнее, она нездорова, — Кьяра отпихнула Гаэтано и сощурилась. — Поможешь — потом и подбивай клинья, ясно? И то только если понравишься.

Двигаться у монсеньора научился, а вот обхождению — нет. Лучше бы наоборот!

— Ладно, что нам скажет Франческа? — Гаэтано демонстративно сунул руки в карманы.

— Может не надо? — пробормотала та. — Я могу сама…

— Сам видишь, много ли она может, — буркнула Кьяра. — Если ты не при делах, я сейчас дону Лодовико позвоню.

А Гаэтано даром, что формально на такой же должности, как дон Лодовико, тоже заместитель монсеньора главы службы безопасности, но по факту-то нет!

— А чего сразу дону Лодовико? — нахмурился Гаэтано.

— А если ничего, тогда поехали!

Гаэтано кивнул Гвидо, тот подогнал машину. Гаэтано сел рядом с ним. Октавио забрался в середину, а они с Франческой устроились по обе стороны от него.

Машина рыкнула и вылетела из гаража.

И район был не самый презентабельный, и дом обшарпанный, и подъезд не слишком чистый. Франческа открыла дверь подъезда, сжала губы и стала подниматься по лестнице. Кьяра сочла за лучшее поддерживать её под локоть — мало ли что там?

— Какой этаж? — спросил сзади Гаэтано.

— Третий, — выдохнула Франческа.

Будь воля Кьяры — она бы Франческу придержала и пустила вперед парней, но та шла вперед, как танк, и её было не остановить. На площадке третьего этажа она остановилась и выдохнула. И хотела было уже взяться, не глядя, за ручку двери.

— Стой! — сказал поднявшийся Гаэтано. — И скажи — у тебя или твоего парня есть привычка оставлять дверь открытой?

И вправду, дверь-то приоткрыта!

— Нет, — замотала головой Франческа, то есть пошевелила немного. — Ни за что!

— Тогда приготовились, — бросил Гаэтано остальным.

И все трое молча достали оружие.

— Зачем? — Франческа распахнула глаза широко-широко.

— Мы ведь не знаем, кто нас там ждёт, верно? — подмигнул Октавио.

— А что там может нас ждать? — не понимала Франческа.

— Что угодно. И кто угодно, — Гаэтано взялся за ручку двери и распахнул её.

Тишина.

Гаэтано оглядел остальных и добавил:

— Заходим мы с Гвидо, остальные ждут. Октавио прикрывает нас сзади и девушек, мало ли что.

Они зашли, через пару минут Гвидо выглянул на площадку.

— Заходите, — и снова исчез внутри.

Франческа бросилась внутрь, пошатнулась, схватилась за стену.

— Осторожнее, — Октавио поддержал её за локоть, она вздрогнула и отпрянула.

Квартира состояла из прихожей, кухни, ванной и одной не слишком большой комнаты. Гаэтано и Гвидо были как раз в комнате, что-то рассматривали.

— Франческа, иди сюда. Это тот самый твой парень? — спросил Гаэтано.

Франческа зашла и шумно вдохнула. Кьяра заглянула ей через плечо и увидела мужчину, лежащего на полу лицом кверху, а вокруг него валялась в беспорядке постель и какая-то одежда. Он был худ и лыс, одет в джинсы и футболку, и на футболке в районе груди красовалось темное пятно. Да и поза у него была какая-то неестественная.

Похоже, что он был не очень-то жив!

Франческа смотрела на тело, пыталась что-то произнести, но у неё не получалось.

— Скажи, это он или нет? — тихонько спросила Кьяра.

— Да, это Лучо, — едва слышно ответила Франческа. — Значит, ему в самом деле угрожали, а я не верила…

— Ему угрожали? — Гаэтано мгновенно обернулся к ним обеим. — Кто же?

— Я не знаю, — Франческа по-прежнему неотрывно смотрела на тело. — Он говорил, да, но без подробностей. Я думала, он врет! — она наконец-то подняла глаза.

Хоть бы и на Гаэтано, всё лучше, чем на труп.

— Рассказывай. Пошли на кухню, и расскажешь. Что за угрозы, что ты знаешь. А потом уже я позвоню в полицию. Но сначала я хочу знать, во что мы ввязались.

— Думаешь, если бы она пришла домой одна, то было бы лучше? — хмыкнула Кьяра.

— Не имею представления, честно, — пожал плечами Гаэтано. — Франческа, это не ты его убила? Так, к слову. Тебя ещё не раз об этом спросят.

— Нет, — прошептала она. — Я уже была готова это сделать, но не успела.

— Об этом лучше помолчи, — Гаэтано вывел Франческу за руку в кухню, сама бы она ещё сто лет стояла посреди комнаты.

Усадил на табуретку, попытался найти чистый стакан. Но вся посуда, похоже, стояла грязная в раковине.

Да и вообще квартира была бедная и грязная.

Стоп, сказала себе Кьяра. Сама-то давно во дворце живёшь? А когда на Микелаччо работала, и такому бы дому обрадовалась, только бы свой, и никто бы не трогал!* Ну, а Франческа попала к ним недавно, и пока ещё ничего не поняла…

— Давай, я помою что-нибудь, — Кьяра протиснулась мимо Гаэтано к раковине и вымыла пару чашек.

Гаэтано налил воды и подал Франческе стакан.

— Пей и рассказывай. Кто ему угрожал? Что ты знаешь?