Киевской Руси не было. О чём молчат историки

Что получается? А получается в итоге полная пустота. Тогда националисты меняют тактику, и нахально приватизируют часть общерусской культуры. Совершенно удивительным образом они записали в основоположники литературного белорусского языка Франциска Скорину[30], который был известным медиком, типографом, и переводчиком Библии, как он сам утверждал, на русский язык. Язык переводов Скорины, однако, не имеет к синтезированной столетиями спустя мове никакого отношения. С тем же успехом его могут объявить своей собственностью и киевские сепаратисты, и «кляти москали» и даже литовцы, поскольку в 1520 г. Скорина переехал из Праги в Вильну и основал там «друкарню» – типографию.

Кстати, почему русским первопечатником объявлен и в том качестве канонизирован Иван Федоров? Скорина печатал книги китайскими иероглифами, что ли? По происхождению Федоров[31] был литвин, а основную часть жизни провел отнюдь не в Москве, где его книгопечатное предприятие почему-то не задалось, а в литовском Заблудове (ныне в Польше), в Остроге (родовое владение князей Острожских) на Волыни и Львове, бывшем тогда в пределах Польского королевства. В Москве Федоров провел всего два года и издал две книги – «Апостол» (1654) и «Часовник» (1655). В 1578 г. в Остроге Федоров издает свою знаменитую «Острожскую азбуку», в 1581 г. первую русскую полную печатную «Острожскую библию». Может быть, эта азбука «украинская»? Но грамоту по ней учили много лет спустя не только в Западной Руси, но и в далекой Сибири, где до наших дней сохранилось некоторое количество экземпляров этого учебника.

Совершенно непонятно и то, почему в праве быть русским первопечатником отказано Петру Тимофеевичу Мстиславцу[32], который работал в Москве совместно с Федоровым, а после перебрался с ним в Заблудов? В московской типографии Мстиславец в 1557 г. издал еще одну книгу – «Псалтырь», после чего перебрался в Великое княжество Литовское к Федорову, а в 1659 г. основывает свою типографию в Вильне. Но если уж строго следовать исторической справедливости, то русским первопечатником следует признать немца Швайпольта Фиоля, который еще в 1491 г. издал в Кракове «Октоих» и «Часослов». Это самые ранние из известных ныне книг, отпечатанных кириллицей.

Так как делить будем Скорину с Мстиславцем и Федоровым, братья славяне (Фиоля, так уж и быть, отдадим баварцам)? Кстати, пусть никого не смущает нерусское имя Скорины – крещен он был под именем Георгий, а прозвище Франциск получил, вероятно, во время учебы в краковском университете, где кстати, учился позже и Федоров. Думается, глупо навешивать на Скорину и Мстиславца ярлык «белорус», на Федорова вешать бирку «украинец» или ставить клеймо «великоросс». Уж коли сами себя они считали русскими, то пусть таковым и остаются для потомков. Тот язык, коим печатаны их книги, является русским книжным языком того времени, не знавшим что такое суржик, трасянка, кулишовка или тарашкевица.

Последнее обстоятельство очень не нравится и белорусским, и украинским самостийникам. После обвинений в насильственной русификации древней белорусской мовы они начинают призывать… к ее полонизации. Цитирую книжку уже упомянутого выше Литвина: «Многие слова, фразы режут слух, поэтому на «трасянке» трудно думать. Ее развитие скорее напоминает мутацию: «Калгас Акцябр», «веска Кірпічоўшчына», «ўрэмя работы 8—17», «не курыць» – этих пародий не заслуживает ни белорусский, ни русский языки.