Киевской Руси не было

В трех километрах от городской черты Тюмени начинается озеро Андреевское (татарское название Индрэй-куль), точнее это целая система озер, окруженных сосновыми борами. Вот здесь археологам приволье — копай хоть до центра Земли. И там они действительно нашли в городищах и могильниках гигантское количество черепков, камушков и костяшек, которые датировали периодом неолита[53]. Научные дискуссии идут другого масштаба — кто говорит, что люди тут жили две тысячи лет назад и приводит в качестве доказательства обломки каменного топора, а кто не менее убедительно доказывает, что древние охотники и собиратели обитали здесь уже пять тысяч лет назад, подкрепляя свою версию обломками каменного топора другой формы. Я, разумеется, несколько утрирую ситуацию, но суть именно такова. Сами по себе археологические находки ничего не доказывают. Если бы стояла задача доказать, что Тюмень — матерь городов русских, то черепки пошли бы в дело, а так они пылятся в коробках в подвале местного краеведческого музея без всякой надобности. Но точно такие же находки, сделанные на берегах Днепра выполняют сегодня важную политическую задачу, красноречиво доказывая фактом своего существования то, что украинцы — это древние арии, в отличие от каких-то там диких азиатов-полукровок русских, которые переняли у древних украинцев все культурные достижения. Для «ученых» важны не сами черепки и костяшки, а умение интерпретировать находки в строгом соответствии с господствующей на данном этапе «научной истиной» и политической конъюнктурой.

Самые интересные находки для археологов — это клады. Зарывают обычно самое ценное — деньги и драгоценности. В старину даже и хранили деньги в горшках, чтобы при случае можно было быстро закопать. Благо, деньги в ходу были серебряные, реже золотые. Как обстоят в Киеве дела с древнерусскими монетными кладами? Да никак! Римские монеты на Подоле находили довольно часто. Но официальная историография относит эпоху Адриана и Марка Аврелия далеко от зарождения русской государственности и основания Киева. Говорить о товарном производстве чего-либо в то время здесь тоже не приходится. Кто же прятал клады на днепровских горах и оврагах? Если официальная хронология и датировки монет верны, то подумать можно разве что на разбойников.

А как же древнерусские монеты? Тоже никак. Период XII–XIII вв. в истории Руси «ученые» объявили «безмонетным»[54]. Мол, не было тогда денег в ходу, поэтому и искать их бессмысленно. А что же было вместо денег? Иные историки выдают на-гора потрясающую по своему кретинизму концепцию: дескать, вместо монет в ходу были гривны — серебряные слитки. Как же простой обыватель расплачивался на базаре, например, за курицу? А, дескать, рубил гривну на части и этими кусочками серебра расплачивался.

Что-то с трудом верится в это. Монета — гениальное изобретение. Она хороша тем, что идентичные монеты равны друг другу по весу. Соответственно, имеют равную покупательную способность. Стоимость товара можно измерить в количестве монет известного веса. А как быть, если курица стоит 0,08 гривны? Эти восемь сотых каким инструментом отмерять и как отчекрыживать? И кто будет этим заниматься — продавец или покупатель? Уж ясное дело, продавец отрубит себе чуть больше, чем положено, а покупатель отмеряет на глазок меньше, чем надо. Как будет решаться спор? Дело неминуемо дойдет до драки.

Элементарный здравый смысл подсказывает, что мелкие монеты, если уж вошли в оборот, никуда сами по себе не исчезнут, ибо без них повседневная розничная торговля представляется невозможной. Технология чеканки серебряных или медных кругляков ничего сверхсложного собой не представляет. Но у монет из чистого серебра или золота есть одно очень неприятное свойство — они при обращении стираются. Была монета в 12 г., а через год, пройдя через сотню рук, стала весить уже 11 г. Поэтому сейчас в ходу компактные бумажные деньги, не теряющие своей покупательной способности от того, что кто-то активно мусолит их потными ручонками.

Так вот, 200-граммовые гривны — это своего рода купюры крупного номинала. Они предназначались не для покупки соли и свечей в лавке, а использовались купцами при крупных сделках, для оптовых, так сказать закупок. Мелкие монетки были для этой цели крайне неудобны. Во-первых, на их пересчет уйдет не один час, во-вторых, монеты могут попасться сильно истертые. Всунут тысячу истертых монет — вот тебе и убыток на 10 %. Слитки же не истираются, поскольку по рукам не ходят. И их можно сразу считать на вес. Что-то подсказывает мне, что гривны были в обращении не вместо монет, а одновременно с ними, точно так же как сегодня пластиковые кредитные карты обращаются параллельно с бумажными банкнотами и старомодными металлическими деньгами.