Киевской Руси не было

Какой результат имела эта победа для Выговского? Самый печальный — против него вспыхнуло мощное восстание под предводительством Богуна, гетман отрекся от булавы и бежал в Польшу, где был в 1664 г. казнен по обвинению в измене в связи с антипольским восстанием Дмитрия Сулимка. С периода гетманства Выговского в Малороссии наступает эпоха, носящая меткое прозвище Руина — казачество раскалывается на правобережное и левобережное, идет череда внутренних усобиц, приведшая край к большому упадку. Выиграли от победы Выговского разве что крымские татары, которые, пользуясь ослаблением русских сил, совершили в 1659 г. удачный набег за Белгородскую засечную черту, ограбив 18 волостей и уведя в плен более 25 тысяч рабов. Но вообще-то крымчаки не видели ни малейшей разницы между русскими жителями Слобожанщины и русскими же крестьянами Гетманщины, терроризируя и тех и других одинаково. И этот беспредел татарских союзников Выговского еще больше озлобил население против последнего. Так что праздновать конотопскую «победу» Украина может лишь по причине полного отсутствия иных своих побед.

Да и с какой стати Ющенко объявил победу украинской? Война была русско-польской. Выговский был подданным польского короля и воевал на стороне Польши. Большую часть польского войска составляли крымские татары (30–35 тысяч) при 16 тысячах казаков Выговского. На стороне короля так же находились до трех тысяч польских, валашских и немецких наемников (все они, надо полагать, тоже бились за независимую Украину). Но уж совсем бесстыдными потуги Киева по празднованию контопской победы выглядят, если учесть, что против сил Выговского в составе 30-тысячного русского войска сражались запорожские казаки числом более шести тысяч, из которых две тысячи в сече погибли.

О том, что контопское сражение для казаков было очередным этапом гражданской войны, укро-историки сегодня предпочитают не вспоминать, зато победу над москалями раздувают до самых фантастических масштабов. При этом укроисторикам невольную помощь оказал придворный русский историк Сергей Соловьев, описавший в своей «История России с древнейших времен» результаты конотопского сражения, опираясь на анонимную (скорее всего, фальшивую) «Летопись Самовидца»: «Цвет московской конницы; совершившей счастливые походы 54-го и 55-го годов, сгиб в один день; пленных досталось победителям тысяч пять; несчастных вывели на открытое место и резали как баранов: так уговорились между собою союзники — хан крымский и гетман Войска Запорожского! Никогда после того царь московский не был уже в состоянии вывести в поле такого сильного ополчения. В печальном платье вышел Алексей Михайлович к народу, и ужас напал на Москву. Удар был тем тяжелее, чем неожиданнее; последовал он за такими блестящими успехами! Еще недавно Долгорукий привел в Москву пленного гетмана литовского, недавно слышались радостные разговоры о торжестве Хованского, а теперь Трубецкой; на которого было больше всех надежды, «муж благоговейный и изящный, в воинстве счастливый и недругам страшный», сгубил такое громадное войско! После взятия стольких городов, после взятия столицы литовской царствующий град затрепетал за собственную безопасность: в августе по государеву указу люди всех чинов спешили на земляные работы для укрепления Москвы. Сам царь с боярами часто присутствовал при работах; окрестные жители с семействами, пожитками наполняли Москву, и шел слух, что государь уезжает за Волгу, за Ярославль»[19].