Кино после Сталина

«За последние годы – может быть, десять лет – мы не видели фильма о личной судьбе, с личными переживаниями человека… Зритель много видел картин, как из плохого колхоз становится хорошим. Дадим зрителю поволноваться над личными судьбами. В этом… новаторская сущность этой картины» ()[31].

Будем считать, что эта картина, снимавшаяся в 52-м году, была неожиданным, скорее интуитивным предчувствием будущих перемен. Посмотрим, каково же было ее положение в прокате 53-го.

В лидеры она не попала. Первое место было у фильма по пьесе К. Тренева «Любовь Яровая» режиссера Яна Фрида. 46,4 миллиона зрителей.

Второе место – музыкальный комедийный фильм-спектакль «Свадьба с приданым», режиссеры Татьяна Лукашевич, Борис Равенских, композиторы Николай Будашкин, Борис Мокроусов. 45,3 миллиона зрителей.

Третье место у приключенческого фильма «Застава в горах» о борьбе советских пограничников с басмачами и западными шпионами режиссера Константина Юдина по сценарию Михаила Вольпина и Николая Эрдмана. 44,8 миллиона зрителей.

И все же председатель колхоза Бортников с его «личными переживаниями» занял неплохое 12-е место и собрал 29,9 миллиона зрителей.

Заметим, кстати, что такие цифры вообще непонятны современному прокату.

Для сравнения – «Чебурашка» (2023), по состоянию на январь 2024 года – на тот момент – самый кассовый фильм в российском прокате за всю историю, привлек 22 431 728 зрителей.

Мы иногда переоцениваем силу и влияние власти на «текущий» кинематограф и недооцениваем негласное влияние другой власти – власти зрителей. Внутреннюю связь зрителя и кино не объяснишь никакой статистикой, она вообще, на мой взгляд, находится в области метафизики.

Кинотеатр «Художественный»

1971

[ГЦМК]

После марта 53-го не очень поворотливо и осознанно, но все-таки – уж никуда не деться от Истории – менялось общественное сознание.

Зритель 53-го, 54-го, 55-го все дальше уходил от зрителя 52-го. Вместе с ним менялось и кино, становилось более популярным. В каждом районе Москвы был свой кинотеатр. Огромные афиши привлекали зрителей. Длинные очереди в кассы были обычными.

Главная особенность экономики кинопроката и кинопоказа в СССР заключалась в искусственном сдерживании цен на кинозрелище. Цены на билеты были низкие – 30–40 копеек. Но кино приносило государству доход, потому что интерес к нему был массовый. Да и телевизоров у народа было еще маловато.

И надо, наконец, развеять устойчивый миф о том, что доход от кино шел сразу же за «алкогольной продукцией». Это не так.

«Кинематография никогда не входила в список крупных отраслей советской экономики. Например, в 1960 г. вклад кинопоказа составил 1,1 % всех доходов», – пишет Н. Ткачева[32]. И все же бюджет всегда был заинтересован в этих процентах. И, конечно, это не могло не влиять на само качество кинопродукции.

Алла Ларионова в фильме «Анна на шее»

1954

[ГЦМК]

1954 год! 36 фильмов. Уже не поместятся в багажнике ЗИСа, нужен был бы грузовик.

«Анна на шее». Студия им. Горького, экранизация рассказа Чехова. Режиссер И. Анненский. 31 миллион зрителей. Полные кинозалы. Заплаканные глаза зрительниц. Открытки с красавицей Аллой Ларионовой нарасхват в киосках «Союзпечати». Через три года на Международном кинофестивале в Бордигере (Италия) фильм получит «Золотую оливковую ветвь».

Но то в Италии, а у нас?

«…получилась лента, в которой была изображена польза легкого поведения. Женщина оказалась морально не разоблаченной. И это произошло прежде всего оттого, что не было передано чеховское отношение к жизни. Мир, в который попадает Анна, не страшен, а привлекателен»

[33].

Ну, так потому и 31 миллион, что мир привлекателен! У зрителей ведь своя логика. «Народ понял» и «народ не понял» – вот что стало важным для проката, для посещаемости в гораздо большей степени, чем критика. Похоже, что оказывались снятыми какие-то прежние табу не только в самих произведениях, но и в зрительском восприятии.

Если бы я знал тогда, что в прокатном соревновании фильм, который мы обожали, лишь на седьмом месте, я был бы обижен и возмущен.

Это было наше кино – легкое, веселое, и о дружбе, и о любви. В 14 лет мы уже тайно мечтали о ней, о любви. А с экрана пелось:

Что так сердце, что так сердце растревожено,Словно ветром тронуло струну.О любви немало песен сложено,Я спою тебе спою еще одну…