Китай. Полная история Поднебесной

Когда мы поженились, мужу исполнился двадцать один год, и он был студентом Императорской академии. Мы происходили из небогатых семей и привыкли к скромности. В первый и пятнадцатый день месяца в занятиях академии устраивался перерыв. Муж закладывал что-то из одежды и с вырученными деньгами отправлялся на рынок, чтобы купить фруктов и новые копии надписей для своей коллекции. Когда он возвращался с покупками домой, мы садились на циновки лицом друг к другу, разворачивали листы и внимательно их изучали. Мы представляли себя персонажами мифической древней эпохи Совершенного Согласия. Через несколько лет муж получил должность на государственной службе, но мы питались рисом и овощами и носили самые скромные одежды; муж ездил в отдаленные уголки страны, чтобы удовлетворить свой интерес к древнейшим в мире рукописям и редким книгам. Когда друзья или родственники назначались на должности в Императорских библиотеках, где хранились многие древние стихотворения, не включенные в «Книгу од», неофициальные версии истории и манускрипты, спрятанные в стенах (так поступали, например, в эпоху сожжения книг) или извлеченные из гробниц, мой муж много трудился, чтобы снять с них копии. Если ему попадался редкий рисунок, образец каллиграфии или древние вазы необычной формы, он по-прежнему закладывал одежду, чтобы их купить. Впоследствии, когда мой муж управлял двумя префектурами, он все свое жалование тратил на исследования. Купив книгу, он сравнивал ее с другими изданиями, вносил исправления, реставрировал, натирал листьями руты, чтобы уберечь от насекомых, шелковыми лентами скреплял отдельные главы в целый том и изготавливал колофон. Когда к нему попадал образец каллиграфии, рисунок, кубок или треножник, то в свободное время мы внимательно его рассматривали, отмечая недостатки и дефекты, — на это занятие тратилась единственная свеча, которую мы позволяли себе сжигать за вечер. У меня превосходная память, и каждый вечер после ужина мы устраивались в зале, который называли «Домом возвращения», и заваривали чай. Выбирая том из горы книг и рукописей, мы угадывали, на какой странице и строке находится тот или иной отрывок, и выигравший состязание первым пил свой чай. Собрав коллекцию книг, мы устроили в «Доме возвращения» библиотеку с огромными шкафами, в которых книги были расставлены в строгом порядке. Но книг было так много, что их груды все равно лежали на всех столах, на подушках и постелях. Именно книги занимали все мысли мужа, и он получал от них больше удовольствия, чем иные получают от танцовщиц, собак или лошадей.