Китай. Полная история Поднебесной

В то время уже ощущалось стремление китайцев утвердиться в регионе: политика умиротворения ханов, проводившаяся династией Хань, сменилась агрессией. Четыре полководца, каждый из которых командовал армией в десять тысяч воинов, на протяжении восьми лет сражались с сюнну и вытеснили кочевников из северных и северо-восточных приграничных районов, в том числе с плато Ордос в большой излучине Хуанхэ, куда впоследствии переселились 100 тысяч ханьских колонистов. Сюнну были вынуждены перенести свою ставку далеко на север, и некоторые из племенных вождей перешли на сторону империи Хань. Великая Китайская стена была не только отремонтирована, но и продолжена на запад, охватывая новые земли, ставшие областями империи. Регулярные инспекции, система условных сигналов и паролей, а также тщательная синхронизация всех военных операций обеспечивали профессиональное использование новых фортификационных сооружений, которые заканчивались так называемыми Нефритовыми воротами неподалеку от Тунхуана.

Стена не только защищала от набегов варваров, но и служила препятствием для лиц, скрывающихся от правосудия, уплаты налогов или службы в армии. Кроме того, укрепления защищали купцов и их караваны до пустыни Такла-Макан, которая вместе с котловиной Тарим находилась в самом сердце Центральной Азии, на краю греческого и римского миров.

Дороги на запад, проходившие по северной и южной границе пустыни Такла-Макан, являлись частью Великого Шелкового пути, проложенного во времена империи Хань для бесстрашных торговцев и путешественников. Еще в 200 году до н. э. они бросали вызов естественным преградам и воинственным варварам, договариваясь с посредниками и доставляя ценные товары в далекий Константинополь. Среди этих товаров были специи, драгоценные камни и — самое главное — шелк, секрет производства которого китайцы скрывали от Запада на протяжении многих веков.

Продление защитных сооружений и победы над сюнну позволили обеспечить защиту караванов до западных границ страны, но купцы по-прежнему были уязвимы перед нападениями многочисленных мелких племен, которые населяли города-государства в оазисах вокруг пустыни. В период между 122 и 115 годами до н. э. неутомимый Чжан Цянь вновь отправился в путешествие — на сей раз с целью заключить союз с царствами, которые казались потенциальными противниками сюнну. Его усилия помогли установить регулярные связи с тридцатью шестью небольшими государствами, и за заслуги перед империей ему был пожалован титул «маркиза». Легенда приписывает ему поиски истоков Желтой реки и плавание по Млечному Пути, но на самом деле главной его заботой было укрепление сложной системы отношений с местными правителями, которые частью перешли в подчинение императору, а частью остались независимыми, но их удавалось держать под контролем с помощью таких мер, как обмен заложниками.

Продвижение империи Хань на запад завершилось трехгодичной военной кампанией, причем китайцы забрались столь же далеко от своей столицы, как за два века до них Александр Великий, который двигался из Афин в противоположном направлении и захватил далекую Фергану, славившуюся своими ослами и исполинскими боевыми конями, быстрыми и выносливыми. Огромные потери — погибло пятьдесят из шестидесяти тысяч воинов, выступивших в поход, — не погасили военных амбиций империи Хань. Императорские армии маршировали на юг, покоряя племена, жившие на таких далеких землях, как территория современного Вьетнама, а также на северо-восток, в Маньчжурию и Корею, откуда китайское влияние распространилось и на Японию. Своими успехами китайская армия была обязана применению железного и стального оружия, в первую очередь длинных мечей конницы, для пополнения которой были опустошены все конезаводы страны, и железных кольчуг, а также необыкновенной точности луков с бронзовым механизмом и таланту военачальников.

В 87 году до н. э., в конце эпохи правления императора У-ди, государство Хань занимало почти всю территорию современного Китая. Император правил землями площадью более миллиона с четвертью квадратных миль, которые были поделены на области и карликовые княжества. Население, численность которого достигла пятидесяти миллионов человек, было разбросано на этой огромной территории, отличалось необыкновенной пестротой этнического состава и говорило на разных языках, но после принятия китайской культуры эти люди считались уже не варварами, а китайцами. Теперь страну с полным правом можно было назвать империей, и по размерам она была сравнима со своей современницей, Римской империей.