Китайская разведка

Наконец, с эпохи династии Тан (VII–IX вв.) изучение и комментирование труда Сунь Цзы приняло регулярный характер. Живший в ту эпоху лирический поэт и историк военного дела Ду Му (803–852) смысл учения Сунь Цзы резюмировал в следующих словах: «Претворяй человечность и справедливость, но применяй без стеснения хитрость и сметку». Он обобщил и дополнил искусство шпионажа новыми методами. Так, Ду Му подробно описал вербовку чиновников неприятеля: «Среди чиновников противника есть люди, обладающие большим умом, но лишившиеся своей должности; люди, в чем-то провинившиеся и подвергшиеся наказанию; есть корыстолюбивые фавориты; честолюбцы, занятые второстепенной деятельностью; лентяи, не способные выполнить порученную им работу; люди не удовлетворенные своим служебным положением и мечтающие о более широком поле деятельности, которые готовы идти по костям других; люди, склонные к хитрости и коварству, двоедушные и беспринципные. С такими людьми следует входить в контакт, одаривать их, привлекая на свою сторону, и через них узнавать о положении в их странах, выведывать вражеские планы и устремления и с их помощью сеять раздор внутри правящих кругов».

Кроме того, Ду Му так описывает вербовку двойных агентов, то есть разоблаченных шпионов вражеской стороны: «При помощи денег или подарков я привлеку кого-нибудь из вражеского лагеря на свою сторону, и он будет вынужден выполнять мои собственные поручения; можно, однако, притвориться, будто ты не подозреваешь о его работе, и, сообщив ему ложные сведения, дать перебежать к тем, кто его заслал. И в этом случае шпион противника будет выполнять мои поручения». Именно агентам противника, введенным в заблуждение, Сунь Цзы придавал особое значение, ведь благодаря им лагерь противника можно опутать разведывательной сетью.

Ду Му также принадлежит введение термина «шпион жизни». Таких разведчиков китайцы посылали к противнику, чтобы любой ценой раздобыть необходимые сведения и при этом непременно вернуться живым. Понятно, что такая задача под силу только агентам, обладающим особыми знаниями. Ду Му пишет о них: «В качестве шпионов жизни надлежит подбирать людей с ясным духом и умом, умеющих при этом казаться глупцами; их роль кажется второстепенной, но она требует отваги и благородства духа; нужно выбирать людей, способных совершать долгие переходы, здоровых, выносливых, смелых, необидчивых, владеющих какими-нибудь ремеслами».

По мнению Ду Му руководитель шпионской сети должен обладать всесторонними знаниями. Он пишет: «Потому что нужно уметь оценить характер агента, его искренность, правдивость, уровень его образованности и только после этого употребить его в дело. Во-вторых, руководитель должен относиться к агентам человечно и справедливо». Подобно Сунь Цзы, Ду Му предупреждает полководца, решившего начать войну: «Если хочешь напасть первым, то непременно выведай, кто состоит на службе у неприятеля, кто из его приближенных умен и расторопен, а кто нет; оценив их способности, сумеешь нейтрализовать хозяев».

Кроме Сунь Цзы и Ду Му проблемами шпионажа занимались многие китайские мыслители, в частности Ту Ю (735–812), автор руководства по военному делу, в котором есть такие строки: «Мы ищем ловких, одаренных и умных людей, способных расположить к себе враждебного правителя и тамошнюю знать. Выведав планы противника, состояние дел, они возвращаются к нам и обо всем рассказывают».

В XI веке до н. э. в царстве Ци появляется мудрый наставник династии Чжоу — Тай-гун, которому принадлежит уникальный канонический текст военного искусства Китая «Шесть секретных учений». Особенно интересно и заслуживает внимания представление Тай-гуна о ведении тайной войны. Проще говоря, правитель, прежде чем начинать войну, должен вначале использовать «невоенные» средства. Основу последних составляли методы разложения и развращения чиновничьего аппарата противника. Их насчитывалось двенадцать: приспособленчество, потакание желаниям, переманивание на свою сторону, подкуп, развращение деньгами и женщинами, заговоры, любимчики, сговоры, втягивание в подрывную деятельность, лесть, марионеточные министры, шантаж. Все это, по мнению Тай-гуна заканчивалось ненасильственной сменой власти и потерей государства своей независимости. Но если подобные методы тайной войны не срабатывали, тогда в бой вступала армия. Но опять в сочетании с секретной подрывной деятельностью.