Китайские агенты. Разведка Поднебесной от Мао до Си

Точно так же Китай сегодня вовлечен в массовое перекачивание экономической, научной и технологической разведки, описанное под общим термином «тактика морской миноги». Военная и техническая разведка приобрела значительную известность по мере того, как китайцы развивают свое оружие и возможности на суше, в море, под морем, в небе и в космосе к Марсу. Их стратегическое вмешательство в поиск возможных источников энергии привело к их деятельности на континентах, с которых они долгое время были исключены, с необычным проектом Си Цзиньпина «Один пояс, один путь».

Африка и Латинская Америка, где Мао безуспешно пытался разжечь революцию в 1960-х годах, теперь стали значительными зонами экономического и культурного влияния Китая. Африка является настолько важным регионом для Китая в XXI веке, что он находится на пути к вытеснению Европейского Союза в качестве главного партнера континента в торговле и развитии. Об этом свидетельствуют только два факта: создание стратегической базы в Джибути, что означает, что впервые экспедиционные силы США и Китая оказываются бок о бок в третьей стране; и, впервые после деколонизации, больше франкоязычных африканских офицеров, желающих пройти обучение в Китае, в Нанкинской академии и других местах, больше, чем в престижной французской военной академии Сен-Сир.

Стратегия культурного соблазнения, называемая «мягкой силой», также играет неожиданно важную роль. Это включало создание сети институтов Конфуция для продвижения китайского языка и культуры на международном уровне (также при поддержке крупных транснациональных корпораций, таких как Huawei Technologies и ZTE, чьи цели не только культурные). Олимпийские игры 2008 года под девизом «Один мир, одна мечта» и Шанхайская всемирная выставка 2010 года также были частью этой мощной стратегии.

* * *

Китайские службы стали более узнаваемыми, хотя количество историков, журналистов, ученых и аналитиков специальных служб, внимательно изучающих то, как они функционируют, остается относительно небольшим. Слово «Гоаньбу», вероятно, станет таким же знакомым в двадцать первом веке, как и сокращения MI6, ЦРУ и КГБ в двадцатом.

Значение этого связано с вероятной эволюцией китайского общества на десятилетия вперед. Как и в бывшем СССР — и в определенной степени в Российской Федерации Владимира Путина, — службы безопасности и разведки — это не просто орган сбора информации или даже влияния и ограниченных действий, как в демократических странах. Они являются важной опорой власти наряду с армией и единственной правящей партией.

В китайской системе особая сеть отношений, известная как гуаньси, всегда играла решающую роль в подъеме или падении той или иной фракции или клана, как это было видно в различных эпизодах в истории КПК в Народной Республике. Региональные сети, отношения поколений, факт обучения в таких местах, как Университет Цинхуа, шанхайская клика вокруг Цзян Цзэминя, сеть лидеров Коммунистической лиги молодежи вокруг Ху Цзиньтао и нефтяное лобби, поддерживаемое Цзэн Цинхун и Чжоу Юнкан, — все это сыграло свою роль, которая воспроизводится из поколения в поколение. Связи вокруг Си Цзиньпина были подробно описаны в 2016 году Ченг Ли в его замечательной книге «Китайская политика в эпоху Си Цзиньпина». Я сам также исследовал и продемонстрировал важность группы Хэбэй в спецслужбах.

Но есть феномен поколений, характерный и новый для пятого поколения лидеров КПК. По итогам 19-го съезда Коммунистической партии Китая в октябре 2017 года

Важность этого нового поколения старших кадров в области разведки можно измерить по их вступлению в состав Центрального комитета КПК, состоящего из 204 человек. Ван Цишань, глава могущественного CCDI, уступил свое место новой фигуре: Чжао Лэцзи. Это не означает, что Ван ушел в отставку — он остается одним из самых важных конфиденциальных советников Си, фактически являясь вице-президентом де-факто. Заместитель Чжао — Юй Чжунфу, тоже член ЦК, бывший комиссар ВВС.

Чэнь Вэньцин, глава Гоаньбу, ранее работавший в CCDI, также вошел в состав Центрального комитета. В политическом отношении Китай по-прежнему имеет двойное лидерство — технический директор/министр и политический комиссар. Сун Тао в настоящее время является министром важного Департамента международных связей, отвечающим за политическую разведку и контакты с политическими партиями за рубежом. Что касается внутренней безопасности, Цай Ци — заместитель директора Совета национальной безопасности под председательством Си Цзиньпина, Ван Сяохун — директор пекинского офиса Gonganbu, и, наконец, генерал Чжун Шаоцзюнь, возглавляющий Главное управление Центральной военной комиссии, возглавляет службу военной безопасности.