Китайские агенты. Разведка Поднебесной от Мао до Си

Это было больше, чем просто дань уважения героическим подпольным боевикам, которые вели исторический шпионаж сначала против французов и британцев в Шанхайских концессиях, затем против гоминьдана Чан Кайши и шпионов из Японии. Как наверняка знали присутствующие в зале, эта секретная война является продолжающейся реальностью при президенте Си Цзиньпине сегодня. Выбор почетной разведывательной службы, Дьяочабу, был в этом отношении значительным. В 1980-х годах он объединил свои усилия с отделом контрразведки Министерства общественной безопасности: Гунганбу. Вместе эти две службы сформировали новое Министерство государственной безопасности, Гоцзя Аньцюаньбу, или сокращенно Гоаньбу. Юбилейное мероприятие в 2014 году организовал Гоанбу, действующий по сей день. Его первый руководитель, министр Лин Юнь, скончался в марте 2018 года в возрасте 100 лет. Оглашение этой церемонии имело еще одну, более непосредственную цель: оно послужило началом новой кампании против «империалистических шпионов» — тем летом был принят новый драконовский закон о борьбе со шпионажем.

В двадцать первом веке Гоанбу считает себя таким же значительным игроком глобальной разведки, каким был советский КГБ в двадцатом. Китайские спецслужбы (общий термин, включающий несколько других организаций, помимо Гоанбу) соперничают с крупнейшими в мире: американское ЦРУ, израильский Моссад, индийская RAW, французская DGSE, британская MI6 и, конечно же, другие разведывательные службы в мир-регионе, такие как тайваньский MJIB и японский Naicho (Найтё).

В этой книге исследуется давняя важность интеллекта в коммунистическом Китае. Его многочисленные корни уходят в книгу четырнадцатого века «Роман о трех королевствах» и знаменитый трактат Сунь-Цзы «Искусство войны», а также испытывают влияние как русского коммунизма, так и, как это ни парадоксально, вражеских государств: французские и британские спецслужбы сражались против Чжоу Эньлая и его шпионов в 1930-х годах в Шанхайских концессиях. «Китайские шпионы» — это попытка проиллюстрировать как долгую историю разведки и служб безопасности с момента создания Коммунистической партии Китая, так и их текущую роль в политике сегодня. В 2019 году КПК все еще сохраняет марксистские разведывательные традиции, восходящие к межвоенному периоду.

Этой непрерывной традиции нет эквивалента, кроме российской военной разведки ГРУ, которая была основана Львом Троцким в 1918 году и сохранила свое название даже после распада СССР. Спустя столетие, до 2019 года, он сыграл важную роль в разгроме Исламского государства (ИГИЛ) в Сирии. Однако идеологическая оболочка коммунизма исчезла с российской разведки, хотя ее хорошим отношениям с китайскими спецслужбами, несомненно, способствуют психологические модели поведения агентов президента Владимира Путина, уходящие корнями в известные советские организации.

Наша история начинается с битвы за Шанхай в 1920-х годах и заканчивается киберконфликтными ситуациями, секретными операциями вокруг Нового шелкового пути, глобальными экономическими войнами, которые происходят сегодня, битвами в Интернете и войной против исламистского терроризма.

В результате этих новых вызовов авторитет китайского разведывательного аппарата значительно вырос, особенно с 2017 года, когда Си Цзиньпин, самопровозглашенный «верховный лидер» Народно-освободительной армии (НОАК) и «руководство» партии, усилил свои полномочия на 19-м съезде КПК, став самым могущественным китайским лидером со времен Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина. Это был синтез двойного политического наследия, которым может похвастаться Си: форма неомаоизма с оттенком культа личности и постмаоский прагматизм на службе триумфальной модернизации. Согласно «Мысли Си Цзиньпина», самое главное — сохранить «линию масс» одновременно с «углублением реформ» и оживить страну через «возрождение китайской нации».

Китайский интеллеженс отличается от разведки других стран степенью политического влияния. Каждая служба состоит из двух частей: технический директор, отвечающий за повседневные операции, работает вместе с политическим комиссаром, который отвечает за обеспечение соответствия идеологической ориентации организации стратегии, установленной КПК.

В частности, эта ориентация согласуется с «китайской мечтой», другими словами, с целью президента Си сохранить верховенство партии, одновременно преследуя свою глобальную стратегию. Эта стратегия на самом деле не только глобальная, но и межпланетная: Пекин уже заявил о своем намерении вывесить красный китайский флаг на Марсе, «красной планете», в 2049 году, к столетию Китайской Народной Республики.