Читаем Клеопатра. Последняя царица Египта полностью

Удивление Цезаря, когда этот сверток был развязан в его присутствии и из него появилась растрепанная маленькая царица, наверное, было безгранично. Плутарх рассказывает нам, что великого полководца сразу же «покорило это доказательство смелого ума Клеопатры». Кто-то описывает, как она смеялась над своим приключением и быстро завоевала расположение впечатлительного римлянина, который ценил смелость поступков точно так же, как и женскую красоту. Всю ночь они провели вместе, уединившись; она рассказывала ему о своих приключениях с тех пор, как была изгнана из своего царства, а он слушал ее с все возрастающим интересом и уже, наверное, с пробуждающейся любовью.

Глава 3

Женщина

Едва ли можно сомневаться в том, что ночная беседа Цезаря с Клеопатрой совершенно изменила его представление о ситуации. До драматического появления царицы во дворце главной целью короткого пребывания Цезаря в Александрии, после того как ему была показана отрубленная голова Помпея, было утвердить свою власть в этом городе непревзойденного торгового изобилия и в то же время полностью использовать благоприятную возможность и дать отдых уму и телу в роскоши александрийского царского дворца под лучами летнего солнца, пока Рим окончательно успокоится после получения известий о победе при Фарсале и убийстве в Египте Помпея и приготовится к приезду и триумфу Цезаря. Но теперь появилось новое обстоятельство. Он обнаружил, что царица этой желанной и важной страны – молодая женщина, которая пришлась ему по сердцу: отчаянная девушка, манеры и красота которой воспламенили его воображение, а ее явное восхищение им заставило его думать о том, какую пользу он мог бы извлечь из преданности, которую он самоуверенно надеялся пробудить. По-видимому, Клеопатра изложила Цезарю свои доводы честно и откровенно, рассказала, как родной брат изгнал ее с трона, что противоречило завещанию их отца, который хотел, чтобы они двое правили вместе в мире и согласии. И пока она разговаривала с ним в эти долгие ночные часы, он понял, что его охватывает желание добиться ее любви как ради наслаждения, которое она могла принести ему, так и ради политической выгоды, которая появится от таких отношений. Это был простой способ сделать Египет ему подвластным – тот самый Египет, который был житницей и самым главным торговым рынком Среди земноморья, мощным фактором в восточной политике и вратами в непокоренные царства Востока. Цезарь стал владыкой Запада; в результате победы над Помпеем Греция и Малая Азия были у его ног; а теперь Александрия, которая так долго была опорой Помпея и его сторонников, придет к нему вместе с любовью ее царицы. Я не согласен с теми, кто считает, что он, как ягненок, ведомый на бойню, повелся на ухищрения Клеопатры и поддался ее чарам, как человек, страсть которого затмила ему разум, заставив его забыть все, кроме своего желания. Рассматривая тот факт, что молодая царица была в то время, насколько мы знаем, молодой женщиной с безупречной репутацией, а он, наоборот, был мужчиной с самой худшей репутацией в отношениях с противоположным полом, кажется по меньшей мере несправедливым, что бремя вины за последующие события на протяжении всех веков оказалось возложенным на Клеопатру.

Перейти на страницу:

Все книги серии Владыки мира

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза