Читаем Клевета на Победу. Как оболгали Красную Армию-освободительницу полностью

Большой урон претерпел и транспорт. На железных дорогах советской оккупационной зоны было разрушено 1869 км веток, или 13,8 %, взорвано 19,5 % железнодорожных мостов, уничтожено около 15-20 % станционных сооружений, связи и сигнализации. Осталось только 28 % от довоенного количества товарных вагонов, которые были пригодны для перевозок, 44 % паровозов и 41 % пассажирских вагонов[208].

Как только были более или менее завершены первоочередные работы в Берлине, Советская военная администрация взялась за хозяйство в масштабах всей оккупационной зоны. По приказу СВАГ от 21 июля 1945 года началась работа по составлению «Проекта плана производства на IV квартал 1945 года для предприятий и провинций»[209]. Для выполнения этой задачи, приказом от 27 июля 1945 года был создан немецкий экономический аппарат: 11 центральных управлений, выполнявших функции министерств. Правда, в этот момент они еще не имели всех министерских полномочий, подчинялись соответствующим отделам СВАГ и были, по сути, немецким вспомогательным персоналом. Но при этом были уже заложены основы будущего правительства ГДР. Практически все руководители, крупные государственные и хозяйственные деятели Восточной Германии вышли из этих центральных управлений, созданных приказом СВАГ.

Составление плана началось совместно советскими офицерами и немецкими специалистами. Немцы добывали и обрабатывали необходимые статистические материалы, а советские офицеры учили немцев методике хозяйственного планирования, контролировали и исправляли их работу. Многие немецкие плановики в ГДР в 1950-х годах подчеркивали, что всему, что они умеют в планировании, они научились у экономических офицеров СВАГ.

29 июля 1945 года вышел приказ СВАГ, который обязывал всех владельцев частных предприятий возобновить работу всех предприятий, которые по своему состоянию могли быть пущены в ход, не позднее чем до 15 августа[210]. Примерно с этого момента под демонтаж стали преимущественно отдаваться предприятия или сугубо военного назначения, или такие, которые было трудно восстановить. СССР отказался, в общей сложности, от демонтажа 3800 предприятий.

Одновременно велась работа по налаживанию управления промышленными предприятиями. Значительная часть предприятий, особенно самые крупные и важные: угольные шахты и разрезы, электростанции, металлургические и химические заводы, машиностроительные заводы принадлежали немецким концернам, представители которых теперь сбежали, бросив свою собственность на произвол судьбы.

Судьбу этих важнейших для экономики советской оккупационной зоны Германии СВАГ решил следующим образом. В ноябре 1945 года Жуков заявил, что Советский Союз оставляет крупнейшие и важнейшие предприятия под своим флагом. Поскольку эти крупнейшие машиностроительные и химические предприятия производили военную продукцию, то по идее, согласно Потсдамским соглашениям, они должны были быть демонтированными. Но это соглашение западные союзники не выполнили сразу же. В западных оккупационных зонах крупнейшие предприятия быстро перешли в «опекунства», в которых видную роль играли прежние собственники. Советское руководство также решило оставить эти крупнейшие предприятия, преобразовав их в «Советские акционерные общества», реконструировать и перепрофилировать на выпуск невоенной продукции.

На эти заводы назначались представители СВАГ, присылались советские руководящие кадры. Работа этих заводов реорганизовывалась так же, как было принято на крупнейших предприятиях в Советском Союзе. Для немецкого персонала это была целая школа советского планирования и организации производства. Потом она стала основой для всего дальнейшего развития тяжелой индустрии в ГДР.

Большая часть предприятий, брошенных своими владельцами или принадлежавших нацистским преступникам, согласно приказу СВАГ, была объявлена народной собственностью. Всего в советской оккупационной зоне секвестру подверглось 6763 крупнейших предприятия, в частности в провинции Саксония было секвестировано 2233 предприятия. Для управления этой собственностью создавались государственные предприятия. В сентябре 1945 года было основано «Государственное акционерное общество Тюрингии». В Саксонии, где таких предприятий было больше всего, отраслевые отделы провинциального управления создавали акционерные общества, в которые сводились народные предприятия одной отрасли промышленности. Например, каменноугольные шахты были организованы в «Акционерное общество угольных шахт Саксонии». Так же была организована и буроугольная промышленность и другие отрасли[211]. Всего в Саксонии было создано 65 подобных отраслевых организаций. Это было явное советское влияние – сгруппировать предприятия по отраслевому принципу, чтобы ими было легче управлять.

Правда, в ноябре 1946 года, по приказу СВАГ, угольные предприятия Саксонии в силу их исключительной важности для топливоснабжения всей территории советской оккупационной зоны были переподчинены Немецкому центральному управлению топливной промышленности[212].

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное