Клятва верности

Ей хотелось сопротивляться, хотя она знала заранее, что не сможет ответить отказом. Она терялась в глазах Слейда, пугающе черных сейчас, сама того не замечая, тянулась к его губам.

«Я пропала. Я погибла! Неужели я влюблена в него?»

– Слейд, я… я не знаю, что нужно делать. Я же никогда прежде…

Он кивнул с облегчением и нежно провел пальцем по подбородку Ханны.

– Я покажу тебе.

Теперь поцелуй стал ласковым, заигрывающим. Ханна ловила губы Слейда, словно опасаясь, что ему надоест его игра и он ускользнет из ее объятий. Кровь бежала по жилам, словно стремительный горный поток, в глазах плыл туман, и Ханна зажмурилась. Ей не хватало воздуха, но почему-то ей нравилось задыхаться, мучиться страшной жаждой, терзавшей все тело.

Тихий скрип. Слейд соскользнул с нее, вставая с дивана.

Что случилось? Что она сделала не так?

Ханна почувствовала черное отчаяние, когда вдруг поняла, куда направился Слейд. Он неторопливо задергивал плотные шторы. Музыкальная комната погрузилась во мрак. Ханна приподнялась на локтях, ища Слейда взглядом.

Почему… почему ее блузка расстегнута? Неужели она настолько забылась, что не заметила, как пальцы Слейда расстегивают пуговицы?

Растерянная сверх меры, Ханна торопливо запахнула блузку. Слейд приблизился к ней в полумраке и присел рядом, чуть заметно улыбаясь. Осторожно убрав длинные локоны с ее плеч, он разжал ее пальцы, разводя руки в стороны. Девушка тихо ахнула, но не нашла в себе сил сопротивляться.

– Я не обижу тебя, Ханна, – низким голосом проворчал он, касаясь ладонями обнаженной груди. – Одежда тебе не понадобится, милая.

Ханна вцепилась в его рубашку.

– Слейд, я боюсь. Расскажи мне, что делать. Может, тогда мне не будет так страшно?

– Тебе страшно? Ханна кивнула:

– Я вся дрожу.

– Ты не боишься, милая. Ты поймешь позже. – Он пропустил прядь ее волос между пальцами. – Ты очень красивая, Ханна. Твои волосы – словно волшебные сети. А когда ты смотришь на меня своими огромными глазами, мое сердце замирает от нежности. Ты не должна бояться меня.

Не отрывая от него взгляда, Ханна кивнула. Осторожно взяв его руку в свою, она уставилась на его пальцы.

У него такие сильные руки. Такие красивые, мужественные ладони. Такие настороженные пальцы. Разве он может обидеть ее? Сильный, немного замкнутый мужчина, не чуждый благородства. Он сумеет сделать все осторожно.

Неужели она готова сказать «да»? Готова забыть обиды и осмотрительность?

А разве может быть по-другому?

Ханна протянула к Слейду руки и обняла его за шею, положив на плечо голову. Она готова довериться ему.

Слейд как-то осторожно выдохнул, прижимая ее к себе.

– Ханна… – прошептал он, зарываясь лицом в ее волосы.

Глава 11

Он поднял ее с дивана, не отпуская из объятий. Ханна прижималась к его груди, чувствуя себя защищенной. Когда ее ноги коснулись ковра, она продолжала обнимать Слейда.

– Ты так красива, Ханна, – тихо шепнул он ей на ухо. Ханна почувствовала, как вспыхнули щеки. Она потерлась носом о плечо Слейда.

– Ты тоже красив, Гаррет. Дьявольски красив. Он изумленно вглядывался в ее глаза.

– Ты действительно так думаешь? Или просто возвращаешь комплимент?

Ресницы Ханны смущенно затрепетали. Она опустила глаза.

– Я так считала с самого начала. Даже когда боялась и ненавидела тебя.

Он рассмеялся тихо и совершенно необидно.

– Когда ты сошла с поезда, я не мог оторвать от тебя взгляда. Мне казалось, что ты приворожила меня, маленькая колдунья. А еще я подумал, что никогда прежде не встречал такой удивительной девушки.

Ханна чуть слышно вздохнула. Сердце затрепетало в груди. Ей нестерпимо захотелось поцеловать его в губы, забыв о смущении.

«Почему же я так не делаю? Ведь он мой муж, и я имею на него право.

Нет, ни за что! Я не решусь. Мне страшно!

Страшно? Разве страшно делать то, чего хочешь больше всего на свете? Разве не этого ты хотела там, в кабинете, заключая со Слейдом союз? Разве не потому ты старалась задеть его плечом или юбкой, проходя мимо? Разве ты не желала почувствовать прикосновение его губ тогда, в спальне, когда он впервые пришел к тебе?»

– Я хочу поцеловать тебя! – выпалила Ханна раньше, чем успела подумать.

– Почему же не целуешь? Ведь я твой муж, и ты имеешь право.

Слейд произнес вслух те же слова, что пронеслись в ее голове. Словно он читал в ее сердце, видел ее насквозь.

– Не надо стесняться своих желаний, Ханна. Нет ничего естественнее того, когда мужчина и женщина желают друг друга. – Слейд прищурился чуть насмешливо. – Или мама тебе не говорила об этом?

И Слейд посмотрел на нее серьезно, перестав улыбаться.

– Мама говорила, что нет ничего прекраснее любви. Она рассказывала, что любовь может изменить весь мир, придав краски серой обыденности, тогда как отсутствие любви даже самый яркий день лишает красок. Она учила меня и сестер, что без любви жизнь человека теряет смысл. Век того, кто не изведал любви, пуст и полон скорби.