Клуб настоящих мужчин

Официантка принесла красивый поднос с тонко нарезанной говядиной и искусно разложенными овощами. Она вручила Марте некий гибрид между половником и дуршлагом и показала, как им пользоваться.

— Трудно быть отцом и одному воспитывать детей после развода? — поинтересовалась Марта, палочками для еды опуская немного китайской капусты в кипящую воду. Хотя пена еще не образовалась, Марта провела специальной ложкой по поверхности кипящего бульона.

— В общем-то, все это не слишком отличается от того, чем я занимался раньше, — сказал Фред. — Но теперь у меня есть собственное место. Мы с девочками по-прежнему проводим много времени в квартире бывшей жены. — Он бросил немного овощей в горшочек и через пару мгновений попытался проткнуть их вилкой. — Хочешь взглянуть на фотографии?

Прежде чем Марта успела открыть рот, Фред обошел вокруг стола и сел рядом. Марта отодвинулась и, вжавшись в стену, сосредоточилась на своем занятии, то есть продолжила снимать пену с поверхности кипящего бульона. Над горшочком заструился пар, а рука Фреда удобно расположилась на спинке диванчика. Марту охватила клаустрофобия.

Фред начал перебирать фото обожаемых дочерей — на карусели, в ванне, на пляже.

— Разве они не прелестные малютки?

— Хм-мг — согласилась Марта, положив два кусочка говядины в бульон и задев при этом локтем Фреда. — Готов приступить к еде? — Она бросила многозначительный взгляд на пустой диванчик напротив.

— О, прошу прощения! — Фред убрал руку, но не покинул ее личное пространство. — Наступило время для признания: ты первая девушка, которую я пригласил на свидание после развода с женой. Я просто немного волнуюсь. — Он нервно рассмеялся. — Ну ладно, сильно волнуюсь. Я даже на вечер назначил дополнительный сеанс с психоаналитиком.

Марта с трудом избежала искушения дать Фреду совет: обсуждать психотерапию на первом свидании не лучшая идея. Все-таки он не был ее клиентом.

А в это время в Кингстоне Люси, Купер и Адам сидели за обеденным столом и поглощали вкуснейшие спагетти. Еда была восхитительной. Казалось, мужчины полностью расслабились и наслаждаются обществом друг друга. Хотя Адам с удивлением стиснул руку Люси, когда Купер, по обыкновению, начал читать молитву перед едой.

А затем рекой полилось вино и рассказы Купера о жизни на ферме Тэкингтонов. Люси и Адам слушали словно зачарованные. Купер поведал им о трудностях небывало холодной зимы; о том, как вышли из строя различные механизмы — трактор, желонка, фермерский «мусоровоз» (транспорт, перевозящий навоз и удобрения); об инфекции, поразившей большую половину стада овец, из-за которой вымя твердело и молоко не годилось на продажу, но которую можно было вылечить антибиотиками; о том, как рабочий нечаянно порвал огромный мешок с силосом, испортив большую часть весеннего корма для скота.

— Сказать по правде, это самая тяжелая зима с тех пор, как я унаследовал ферму, — пожаловался Купер. — Возблагодарим Господа за чудесную весну!

Он подцепил вилкой еще немного спагетти и признательно улыбнулся Люси.

— Как Пинкни? — поинтересовалась она судьбой призового быка Купера.

— Сплошные проблемы, — покачал головой тот. — Просто куча проблем. Проклятое чудовище на прошлой неделе сломало забор и убежало. Ему не дает покоя соседский бык Холштайн. Они вели войну всю зиму — ревели друг на друга, как динозавры. С первыми признаками весны Пинкни — оле! — решил продолжить соперничество.

— И что же ты сделал? — ахнула Люси, откладывая вилку.

— А что я мог сделать? Оставалось лишь наблюдать. К счастью, ни у одного из них не было рогов, но сама битва длилась несколько часов. Они валили друг друга на землю, крушили заборы, били противника в ребра и даже снесли маленький жестяной сарай. — Купер раздул ноздри, изображая ярость быков.

— Просто невероятно, — вздохнула Люси. — И почему здесь не происходит ничего столь же увлекательного? — Она схватила Адама за руку и предложила уехать из города и приобрести ферму.

Адам посмотрел на девушку так, будто она сошла с ума. Со дня поездки на День святого Валентина прошло менее двух недель.

— Хочу напомнить, что мой день начинается с уборки навоза в пять утра, — ухмыльнулся Купер. — Это тоже кажется тебе волнующим событием?

— Закрой варежку, — посоветовала Люси. Это выражение она подхватила еще в колледже. — У тебя самая интересная жизнь из всех людей, кого я знаю.

— Ну да, ты абсолютно права. Иметь молочную ферму — это, конечно, шикарно. Ты, наверное, думаешь, что большую часть времени мне приходится отбиваться от супермоделей.

Люси закатила глаза.

Купер бросил взгляд на Адама поверх поникших цветов и внезапно осознал, что весь вечер лидирует в разговоре.

— Я наболтал достаточно на сегодня. Расскажи мне, чем ты занимаешься, Адам.

Тот покачал головой:

— Боюсь, что после историй о взбесившихся быках сложно быть на высоте и придумать нечто столь же интересное.

— Ерунда, — сказала Люси, сжимая локоть любимого. — Самые блестящие умы современности уделяют все больше внимания бихевиоральной экономике.